Posted 17 января 10:55

Published 17 января 10:55

Modified 17 января 10:57

Updated 17 января 10:57

Здоровые против больных: почему в Орле закрывают новейшую клинику гемодиализа

17 января 2023, 10:55
фото: urologportal.ru
В Орле впервые в истории судьбу тяжелобольных будут решать судебные приставы. Постановлением суда клиника, где проводился гемодиализ больным в терминальной стадии, должна быть закрыта. Жильцы дома не хотят соседствовать с тяжелобольными. Скандал дошел до Совета федераций и Генпрокуратуры.

Ирина Мишина

Клиника «Фрезениус Нефрокеа» в Орле стала шансом на жизнь для десятков людей с острой почечной недостаточностью – тех, кому не показана пересадка почки и кто пожизненно обречен на гемодиализ. Но этот шанс у тяжелобольных хотят отобрать решением суда.

«Нежелательный больной элемент»

Трагедия гемодиализа в России в том, что государственным клиникам он не по карману. Частные клиники по всей стране строят диализные центры на свои деньги. Государство не вкладывается, хотя в каждой области есть свой государственный диализный центр. Больные, попавшие на искусственную почку, живут иногда долго, но при условии, что каждые 2 дня получают процедуру. Продолжительность их жизни зависит от качества гемодиализа. Поэтому центров надо все больше и больше. Частные компании вкладывают свои деньги и получают за диализ из средств ОМС, компенсируя таким образом свои затраты.

В диализном центре в Орле сначала все шло хорошо: высокотехнологичное, уникальное оборудование позволило десяткам людей поверить в себя и в свое будущее.

«Перейдя в центр через месяц я почувствовала прилив сил, стала бегать, даже приняла участие в благотворительном марафоне на дистанции 5 км, принимала участие в московском марафоне-2022 на дистанции 10 км, чего не могла делать до этого все 6 лет, когда ходила в другой центр гемодиализа. Сейчас я устроилась на работу, работаю и хожу на гемодиализ. Качество жизни на гемодиализе может оценить только сам пациент, все очень индивидуально! Я не хочу возвращаться туда, где мне было плохо», - рассказывает пациентка центра Клавдия Ставцева.

«Отделение новое. Построенное с соблюдением всех требований нашего законодательства и всяческих норм. О чем однозначно свидетельствуют данные профессиональной экспертизы. Оснащено новейшей, самой лучшей техникой для диализа. Такой техники в других отделениях диализа Орловской области нет. Как нет и таких совершенных систем очистки воды для диализа», - рассказывает доктор медицинских наук Павел Воробьев  

Трагедия нового центра гемодиализа в том, что он открылся в непосредственной близости от дома, где проживает судья. Ему, как и его соседям, не понравилось то, что он постоянно видит больных людей. Жильцы дома также жаловались – то им мешает вентиляция, то не устраивают больные, от которых они «боятся заразиться». Как можно заразиться хроническим заболеванием – почечной недостсточностью, никто из жильцов дома так и не пояснил. Жильцы неоднократно пытались отделение закрыть, но ничего не получалось. И тогда судья затеял тяжбу. Профессионально. Но не сам, а руками жильцов дома по адресу г. Орел, ул. Красноармейская, д. 1.

О том, что истинная причина беспрецедентного решения суда именно в нежелании близкого контакта с больными, пишут сами пациенты: в разговорах с ними неоднократно в завуалированной форме звучало про их заразность для окружающих. «Они для местных жителей - нежелательный элемент. Изгои. Помните историю с больными опухолями детьми, которых благотворительный фонд поселял на время курса терапии в снятой для них квартире в жилом доме? Там тоже жильцы устроили бучу с разговорами о заразности больных детей», - рассказывает доктор медицинских наук Павел Воробьев.  

При этом ничего противозаконного в деятельности центра нет. Диализный центр принял первых пациентов 26.10.2020 года на основании лицензии на осуществление медицинской деятельности, которую выдал Департамент здравоохранения Орловской области за подписью руководителя департамента И. А. Залогина, - пояснили в юридическом отделе московского офиса Fresenius Medical Care.

Эпистолярная война с чиновниками

28 февраля 2022 года суд выносит постановление о закрытии центра гемодиализа и демонтаже оборудования (постановление суда есть в распоряжении редакции).  Версия о «заразности» больных с почечной недостаточностью видится уж больно странной, если не сказать одиозной. Есть версии и о том, что на это помещение в пристройке элитного дома просто кто-то «положил глаз». Пользователи соцсетей высказывают и другие мнения. 

«Хоть у меня не лечебное учреждение, но жители соседнего дома написали жалобу и потребовали закрыть адаптационно-реабилитационный центр (единственный в Москве), потому что им «страшно проходить с детьми мимо людей с тростью и костылями». В другом месте требовали закрытия, потому что приют в их доме сильно снижает стоимость их московских квартир, а люди ходят по тротуарам двора и изнашивают его. Спасибо что в этих домах не живут высокие чины. Бедные люди, как им больным и гонимым жить?».

Решение суда стало отправной точкой войны, которую пациенты начали с чиновниками разных инстанций. Не согласившись с решением суда, пациенты «Нефрокеа» направили письма в Совет федераций. Там решать ничего не стали и перенаправили вниз по инстанциям, каждая из которых начала слать отписки.

Мы обратились в Минздрав Орловской области, где дали такой ответ:

«На основании судебного решения (по иску жильцов дома) судебными приставами начата работа по приостановлению деятельности ООО «Фрезениус Нефрокеа» по указанному адресу. С целью продолжения оказания медицинской помощи пациентам с терминальной стадией почечной недостаточности, нуждающихся в амбулаторном гемодиализе Департаментом здравоохранения Орловской области рассмотрены варианты по изменению существующей маршрутизации пациентов среди диализных центров. В настоящее время получены предварительные заявки от диализных центров о прикреплении к ним пациентов ООО «Фрезениус Нефрокеа».

И далее больным предлагают несколько центров, где они могут проходить гемодиализ. Но сами больные не согласны с этим.  Вопрос: почему?

«Не хочу превращаться в овощ!»

Больные с хронической почечной недостаточности привязаны к искусственной почке, большинству из них через день нужно получать эту процедуру. Разные аппараты по-разному очищают их кровь: на хорошем, но дорогом аппарате срок жизни больных значительно увеличивается. На плохом - сокращается. Переход с одного режима на другой всегда уменьшает продолжительность и качество жизни этих больных. Среди пациентов центра  не только есть дети (детского диализа в Орле просто нет больше), но и больные с нарушением зрения, не ходячие инвалиды. Если отнять у них качественный диализ с новейшей системой очистки воды, высококачественными фильтрами, никто не берется сказать, сколько им останется жить.

«Я не хочу возвращаться туда, где мне было плохо! Я не хочу превращаться в овощ и быть обузой для семьи! Я хочу жить!»- заявила Клавдия Ставцева.

Да, больных "разбросают" по другим диализным центрам. Их в городе появилось  несколько. Но больные эти станут лишним грузом в работе других центров, там придется проводить диализ в 3 смены, по ночам, так как все диализные центры перегружены "своими" больными, которым проводят диализ по графику. Время диализа будет сокращено у всех, чтобы "вписаться" в 24 часа - 3 смены за сутки по 4 часа с несколькими часами перерыва для уборки, смены фильтров, профилактических работ. Вечный дефицит фильтров, растворов для диализа, солей, игл - это кошмар любого диализного центра. Да еще и свалившиеся внезапно несколько десятков новых, «чужих» пациентов. Разумеется, все это скажется на качестве медицинской помощи.

В поисках правды пациенты  обратились в Генеральную прокуратуру. В их послании есть такие аргументы:

«Вывод судов о невозможности функционирования гемодиализного центра в пристройке многоквартирного дома якобы из-за наличия ВИЧ-инфицированного пациента не выдерживает никакой критики… Центр работает по профилю «нефрология», что подтверждается лицензией. Инфекции гемодиализный центр не лечит. Также судами не учтено, что запрет деятельности гемодиализного центра  противоречит общественным интересам, так как прекращение его работы повлечет за собой невозможность получения заместительной почечной терапии с использованием гемодиафильтратов высокой степени очистки крови инвалидами – диализными пациентами, в том числе детьми. При этом на территории Орловской области помимо ответчика гемодиализ детям не может провести ни одно медицинское учреждение».

«Если мы уйдем – люди будут умирать»

Самое парадоксальное в этой ситуации – требование передать все оборудование, приобретенное ООО «Фрезениус Нефрокеа» безвозмездно областной больнице. Просто так подарить государству созданное частной структурой за несколько лет. При этом один аппарат гемодиализа, по словам специалистов, стоит сейчас около 6 миллионов рублей.

«Все оборудование нам предложили безвозмездно передать в областную больнице в Орле, чтобы мы просто так подарили купленные за свои деньги 10 аппаратов гемодиализа. Но к этому оборудованию еще нужен персонал, который умеет грамотно на нем работать. А наши сотрудники не хотят увольняться и переходить в другие места. К тому же у нас четко налаженная схема, оборудование поступает из Германии, чтобы диализ был правильным и высококачественным, необходимы все компоненты. В других центрах диализ не будет соответствовать потребностям тяжелобольных пациентов и создавать им высокое качество жизни. К тому же все другие центры разбросаны по разным частям области, люди, больные, будут проводить по нескольку часов в транспорте. Нельзя сбрасывать со счетов и тяжелобольных детей, которым показан только качественный диализ. Я не могу бросить этих людей. За все время нашей работы мы не потеряли ни одного человека. Если нас не будет – люди будут уходить, умирать», - заявила «НИ» руководитель центра «Нефрокеа» в Орле Лариса Меньшикова.

Интересно, что губернатор Орловской области Андрей Клычков в этой ситуации занял сторону суда и не стал вмешиваться. Однако, пациенты и врачи намерены идти до конца. 16 февраля в суде будет слушаться кассация, если ответ будет не в пользу больных, врачи и пациенты намерены обращаться в Верховный суд.

…Несколько лет назад я услышала в онкоцентре разговор врачей. Они говорили о том, что старикам после 75 лет можно давать дорогостоящие лекарства «более экономно». Похоже, такие же правила начали распространяться и на тяжелобольных пациентов: дескать, нечего им мучится и «засорять природу и общество». Не напоминает ли все это отдаленно фашизм?