Posted 21 декабря 2018,, 07:28

Published 21 декабря 2018,, 07:28

Modified 7 марта, 16:13

Updated 7 марта, 16:13

Русаковка: шансы на спасение есть, но они тают

21 декабря 2018, 07:28
Конструктивистский квартал у центра Москвы можно спасти, считают эксперты.

Людмила Бутузова

В феврале нынешнего года стало известно, что дома 2/1 (строения 1 и 2) и 6 на Русаковской улице в Москве снесут. Эти дома — часть Русаковского жилмассива, одного из самых известных конструктивистских посёлков Москвы. Всего таких посёлков в столице около 30, они распложены близко к центру, и многие находятся в плохом техническом состоянии. Русаковка сохранилась получше других.

Что это вообще такое – Русаковка? Это советский город-сад, он родился в 1923 году как часть плана «Новая Москва». В 1925 году архитектор Борис Улинич выстроил два симметричных Г-образных здания на 72 квартиры. В 1926–1927 годах застройку квартала продолжил комплекс домов архитектора Михаила Мотылёва. Дома возвели показательно просторными и светлыми - как предвестие лучшего будущего, разбили бульвар, скверы, установили фонтаны, в квартирах высокие потолки и продуманные планировки – получилось то самое «жилье комфорт-класса», до которого через 90 лет додумались нынешние столичные власти. Ну что ж, образец есть, переделывать ничего не надо, дома при хорошем уходе простоят ещё лет сто. Однако по злой иронии как раз Русаковку и хотят снести под строительство жилья для реновации.

Против сноса резко выступил «Архнадзор», назвавший комплекс «заповедником авангардистской архитектуры». На мэрию с требованием спасти Русаковку наседают специалисты, инициативные группы москвичей и либеральные политики, в борьбе с «разрушителем Собяниным» уповающие на силу общественного мнения. Увы, у общественности исторического квартала мнение, как теперь говорят, «неоднозначное».

«Новые Известия» побывали в жилмассиве, пообщались с местными жителями и выяснили, почему они разделились на два враждебных лагеря.

Русаковку, из-за которой хранители наследия испортили себе нервную систему и настроились против городских властей, нашла сразу. По потрепанным банерам в честь 70-летия Победы, украшающим фасады двух безжизненных и, как говорят, самых интересных домов московского конструктивизма 1925 года. Сквозь полотна плакатов ничего интересного не просматривалось, кроме кусков засохшей грязи. Поди догадайся, где там изогнутые кирпичные перемычки над окнами, пунктирный круг в виде часов и другие элементы стиля ар-деко? Красоту увидела позже – на старых фотографиях в интернете. Дома стоят заколоченными с 2005 года, ещё при Лужкове их расселили и хотели сносить, но не срослось. Срастается при Собянине. Вопрос почти решённый….

«На сносной комиссии мы голосовали против сноса, - рассказывает Координатор «Архнадзора» Константин Михайлов. - Но вся префектура уверяла, что это единственное место, где возможно новое строительство. Потом его отдали под реновацию. Как будто бы свет клином сошёлся на этом месте. В ходе торгов за исторические дома вроде бы удалось отстоять дом на Гаврикова, 3/1, но он входит в единый Русаковский комплекс,— что это даст, если городские власти все равно хотят с ним расстаться»

Во дворе, за спиной двух обреченных зданий, находятся ещё четыре дома - судя по облезлой штукатурке, тоже исторически значимые, но с судьбой получше - со шторками на окнах и котами у подъездов, что означает: снос им пока не грозит. Тем не менее, жильцы боятся, и пишут петиции на сайте change.org за СОХРАНЕНИЕ ВСЕХ домов.

Гораздо больше тех граждан, кто уже устал бояться и просто живёт по принципу «будь, что будет». Из-за этих «молчунов» считается, что в целом Русаковка проголосовали за реновацию. У мэрии все козыри на руках, чтобы вертеть кварталом, как вздумается.

Поговорить не с кем – во дворах ни души. Если, конечно, не считать трёх мужиков, отдыхающих в песочнице. Больше тут и присесть негде, в кафе со своим пивом не пускают. Окликнули:

- Эй, вы от Яшина, что ли? Ходите тут, высматриваете…

Илья Яшин – глава совета депутатов Красносельского района, защитник и "враг Русаковки" – смотря какую группу в Фейсбуке читать. Я читаю обе – «За снос» и «Против сноса», поэтому отвечаю нейтрально, что пришла сама по себе. Выясняют: «Квартиру покупать?» Нет, конечно. Во-первых, здесь ничего не продаётся, во-вторых, справа, чуть не над крышами, нависает эстакада Третьего транспортного кольца – не всякому в радость быть задушенным газам.

Дядьки обижаются: не так уж здесь и воняет, зато транспортная доступность – большой плюс, у них и метро рядом, и трамвай под окнами. И вообще – история.

- А ты знаешь, какие люди сюда захаживали и жили здесь? – с вызовом говорит самый общительный из них, представившийся Валентином Павловичем. - Лиля Брик, Ираклий Андроников, Леонид Зорин, Владимир Этуш, Наум Коржавин, Анатолий Эфрос… – Не успеваю записывать, ещё два десятка известных фамилий пролетают мимо блокнота. Дядя не унимается:

- У нас рядом жили Паперные. Володьку ихнего знаешь? Писатель, Сталина разоблачает. А когда мы мальцами были, нас мыли в одном тазу. Взрослые в баню ходили, а нам воды нагреют и полоскают. Туалет был один, ванной не было. В шестидесятых они съехали в кооперативную квартиру у метро Аэропорт. А я когда работать пошёл, сразу ванну на кухне поставил и все - с благоустройством решилось, живу - не нарадуюсь.

К слову, Паперные жили в одном из двух заколоченных ныне домов, а говорливый дядя – напротив, так что насчёт общего таза сомнительно, а в остальном он все правильно говорит: история – это и есть любовь к своему месту.

Так ведь и Илья Яшин о том же: «надо сохранять архитектурно-культурное наследие города, а не разрушать его». А из-за чего тогда с ним контры?

- Много лозунгов, - говорит пенсионер Потапов. - Им надо сделать из Русаковки музей, и неважно, что будет в наших домах – кафе, гостиницы, лишь бы фасады сохранились. А у жителей никто не спросил - хотим мы остаться жить, где жили, или ради каких-то исторических интересов согласны съезжать с насиженного места?

Пенсионер Потапов не простой. Говорит про себя: я существовал при четырёх генсеках и трёх президентах, прошёл две общественные системы, два политических переворота и одну попытку к нему, с пяток административных реформ, и массу приливов и отливов в мозгах властей, кроящих, режущих и изменяющих всё по живому. Короче, на собственной шкуре убедился, что власть ему досталась бессовестная, а нынешняя, московская, ещё и циничная.

- Они хуже либералов, - рассуждает Потапов. – Те хоть за музей, а мэрия прямо говорит: нам проще и дешевле снести этот квартал. Людьми прикрываются. Для виду обещали, что на месте снесённого комплекса построят типовые дома, где все получат новые квартиры. Одни соблазнились, другие завозмущались. Им сразу ответочка: если квартал сохранится, то поедете жить за МКАД. Вот так городские власти натравливают людей, ждущих переселения, на тех граждан, которые пытаются остановить разрушение.

Справедливости ради, Русаковке прилетает со всех сторон, не только от властей. Корреспондента «НИ» зазвала в гости Вера Павловна. 70 лет, родилась в коммуналке и всю жизнь в ней живёт. Сына каким-то чудом выпихнула в собственное жилье, а то так бы впятером и ютились на 20 квадратных метрах. Сейчас одна, в компании с холодильником, кухонным столом и рукомойником, в который надо наливать воду.

- Не могу я уже на общей кухне и с общей раковиной и ванной, - рассказывает она. - Была бы возможность, я бы и туалет сюда поставила. Так хочу, чтобы всё было отдельное. Ремонт бы сделала, какой надо, а не так, как в нашей квартире – одну обоину отодрали, газетой залепили. Ламинат бы постелила, на драный линолеум уже смотреть не могу, но с соседями не договоришься. А ЖЭК на моей памяти не делал ни одного ремонта, все старое, ржавое. Мне пять лет было – папа кран на кухне поставил, и его ни разу не меняли, хоть он и ручьем льёт. И вот только за то, что я мечтаю о лучших условиях и поверила мэрии, что реновация их мне даст, прослыла халявщицей. Застыдили совсем, из дома не выйдешь.

Языки острые, это правда. От противников сноса что ни день, то новый пост в Фейсбуке, типа вот этого:

«В нескольких домах Русаковки проживают весьма диковинные граждане. Этим гражданам не нравятся квартиры, в которых они проживают, и они считают, что вместо этих, не нравящихся, правительство Москвы должно предоставить им в собственность другие квартиры, немедленно и рядом с их нынешним домом. И что уж совсем не поддаётся никакому разумному объяснению, эти диковинные граждане не просто считают – требуют, чтобы ради удовлетворения их весьма странных желаний было уничтожено национальное достояние всех россиян – посёлок Русаковка.

Правительство Москвы сначала долго вкладывало в головы этих и без того весьма люмпенизированных людей идею, что можно отобрать и уничтожить чужое ради получения собственной прибыли. А после того, как эта идея дала всходы в их головах, правительство Москвы заявляет: «Люди хотят переехать, нет другого места, чтобы построить для них новый дом! Поэтому придется снести расселенные дома поселка Русаковка и на их месте построить новые дома.»

Возможно, для граждан, не считающих нужным в течение десятков лет не то что сделать в своей квартире ремонт – помыть стены на кухне – это заявление звучит разумно и логично. А вот любой мало-мальски здравомыслящий человек прекрасно видит, что это враньё и подлог».

- И это все про меня? Вы представляете! – Вера Павловна срывается на слезы.

Таких как она, конечно, жаль. Но среди тех, кто готов сдать Русаковку, немало желающих за счёт этого поправить свое материальное положение – это тоже неоспоримый факт. Вот в нашей песочнице мужичок – тоже коренной здешний житель, квартира отдельная, большая, но… «За хорошие деньги её теперь не продать, статус непонятный – то ли под реновацию, то ли нет, а в новостройке она по-любому будет дороже. Если дадут здесь и такую же, – я её на две в другом районе поменяю, еще и наварюсь, и переживать не буду, что расстался с «историей».

В Москве только за 2018 год снесли 30 исторических зданий. А ведь и правда, - рыдали не все. Сторонников у дядьки немало. Вот Аннушка от имени своего «большинства» раскатывает оппонентов в соцсетях: «Все, конечно замечательно и красиво написано, но почему же должны страдать люди, которые живут в этих домах? Почему все стали пользоваться новыми сенсорными телефонами, вешать плазмы на стену, и стирать в автоматической стиральной машине, а жить надо в старых домах, которые прогнили напрочь и стоят уже бог знает сколько, никому до них нет ни какого дела. Вы бы согласились сюда переехать? Нет, конечно. Вот поэтому дома тоже надо сносить и возводить на их месте новые.

Общий вывод «засносчиков» и противников: никто не испытывает благих намерений переселить людей в качественное жилье, речь не об этом. Речь идет о том, чтобы высвободить площади в инвестиционно привлекательных участках Москвы, застолбить их за собой и пустить в ход, когда в Москве и в России в целом начнётся экономический подъем.

Въездные ворота Русаковки - два г-образных дома, заколоченных уже больше десяти лет, похоже, это подтверждают. Их и не сносят, и не спешат ремонтировать, просто доводят до состояния бомжатника, чтобы в нужный момент с ними было легче расправиться. За что такая судьба? Фундаменты этих домов качественные, несущие конструкции ровные и крепкие. У людей на руках есть документы экспертизы, где говорится, что по состоянию на декабрь 2016 года дома не признаны аварийными и не подлежит сносу. И это при том, что за 90 лет в них не было ни одного капремонта.

Но тогда, в 2016-ом в Москве ещё не пахло реновацией, и у Русаковки был шанс преобразиться безболезненно. Напротив, через трамвайные пути от неё, находится комплекс примерно того же периода — несколько показательных домов для рабочих. Это ранняя работа архитектора Бориса Иофана, он спроектировал их после приезда из Италии. Лет девять назад комплекс пытались снести. Но благодаря племяннице Иофана дома удалось отстоять. Они были реконструированы и остались жилыми. Там утеплили стены, укрепили перекрытия, поменяли крыши. В результате дома выглядят замечательно, и являются хороший примером, что с ними можно работать.

У Русаковки при всей её знатной родне от Лили Брик до семейства Паперных не нашлось никого, кто смог бы убедить правительство Москвы сделать домам такой же капремонт. Идея стала витать в воздухе, когда совсем уж загорячело, и реноваторы окончательно утратили способность слышать ещё кого-нибудь, кроме себя. Тем не менее специалисты и градозащитники продолжают стучаться.

Своё мнение о судьбе этих домов высказал искусствовед Николай Васильев, один из авторов книги «Архитектура авангарда. Москва. Вторая половина 1920-х – первая половина 1930-х годов»:

- Нет никакой необходимости уничтожать эти дома. Материал, из которого они сделаны – хороший кирпич, они простоят ещё много лет. Памятники эти пока не получили никакого статуса, но это очень интересные примеры конструктивистской жилой застройки. Там удивительная атмосфера - ты находишься в большом зеленом дворе, деревья растут, тишина, просто поразительно. Нет ни малейшего ощущения, что за стенами дома с одной стороны – Третье кольцо, а с другой – Русаковская, которую в свое время хотели сделать одной из основных трасс в столице. Конечно, все эти дома следует включить в программу «Реновация без сноса». Да, есть конфликт: многие жители не против сноса зданий, но он искусственно подогревается. Есть квартиры, которые много десятилетий не видели не то что капитального, но даже и текущего ремонта, и все там, конечно, деградировало. Людям ставят условия: «Вы сагитируйте жителей за снос, и мы вам дадим новые квартиры большей площадью, чем, может быть, должны были дать». Жителей, которые хотят остаться, стравливают с теми, кто хочет реновации. На самом деле есть две задачи - улучшение жилищных условий и сохранение оригинальных зданий. Обе можно решить, если одну другой не противопоставлять. - Нужен ремонт с отселением, замена перекрытий. Надо поставить одинаковые новые хорошие окна – сохранив рисунок переплета исторических окон. Внешне дома были очень яркими: сочетание красного кирпича и белой штукатурки. Все это без проблем можно привести в прежний вид, все спокойно чистится пескоструйкой. Это вопрос совершенно рутинный вопрос.

Градозащитница Александра Андреева, попортившая «засносчикам» много крови в соцсетях, на самом деле тоже на их стороне, когда речь идёт не о патриотических лозунгах, а о практических вещах: «Граждане хотят переехать в новые квартиры побыстрее и рядом с их нынешним домом? В настоящий момент в квартале Русаковка три больших жилых дома уже стоят выселенными. Решение очевидно. Нужно провести ремонт трёх отселённых домов. Это дома из кирпича, постройки 1920-х годов, то есть они заведомо лучшего качества, чем продукция современного монолитного строительства. Ремонт этих домов, даже с учётом распила, обойдётся намного дешевле, чем их уничтожение и строительство на их месте бетонных монстров. Не говоря уже о том, что при этом не будет произведено огромное количество пыли, мусора, не будут уничтожены деревья и тихие зеленые дворы. После ремонта этих домов в них можно переселить жителей Русаковки, желающих переехать. А после этого можно ремонтировать освободившиеся дома Русаковки и переселять в них других желающих переехать граждан. В результате такого волнового переселения останется достаточно много квартир для очередников и обитателей действительно аварийного и ветхого жилья»

Эти бы слова да богу в уши! Оказывается, кое-что он слышит и иногда направляет столичные власти куда надо. Например, в легендарный дом Наркомфина, который отреставрировали в темпе, буквально на глазах у москвичей. Кто ещё не видел, для тех написала отзыв Полина Догадина в ФБ: «Вот пример достойного похода к использованию крепких конструктивистских домов! Реставрация в аварийном историческом доме и использование его для жилых целей, несомненно, правильное решение. А вовремя проведённый капитальный ремонт в жилом доме позволит сохранить его ещё лет на сто! И хватит нам рассказывать сказки, что снос качественных, ремонтопригодных домов и строительство на их месте дешёвого жилья единственный вариант для отселенных домов на Русаковкой улице».

Корреспонденту «Новых Известий» дом Наркомфина тоже понравился, хотя его окончательная реставрация закончится только в середине 2019 года и только тогда там поселятся первые жильцы. В доме будет 46 квартир площадью от 37 до 120 кв. м., под чистовую отделку и полностью готовые к проживанию. Все квартиры, включая самые маленькие, имеют двухуровневую планировку. В открытую продажу поступит лишь часть лотов. Минимальная стоимость жилья в легендарном доме обойдется в 30 млн руб. (около 810 000 за кв. м). При этом для сотрудников Минфина будут предложены специальные условия. «Сотрудники Минфина смогут купить квартиру в доме Наркомфина по специальным условиям. Это сохранит преемственность», – пояснил «НИ» г-н Барсумян, генеральный директор компании, которой принадлежит памятник конструктивизма.

Самым дорогим лотом является пентхаус бывшего министра финансов РСФСР Николая Милютина. На него, говорят нацелился нынешний министр и вице-премьер Антон Силуанов, у которого задекларированный доход 25 млн.рублей в год.

Общий объём инвестиций в реставрацию дома Наркомфина и его приспособление под современное использование составил 1 млрд руб.

Жителям Русаковки не стоит закатывать глаза и горевать, что все это не про них. Про них, про них! Русаковка – не один дом, а целый исторический квартал. И пусть здесь никогда не жили министры, а только простые люди вперемешку с культурными знаменитостями, то им на все и пол-миллиарда хватит. Инвестор у них не хуже - целое правительство Москвы. Так что обращайтесь! Снос вашему инвестору обойдется намного дороже. Во всяком случае, - для репутации.

"