Posted 9 октября 2008,, 20:00

Published 9 октября 2008,, 20:00

Modified 8 марта, 07:47

Updated 8 марта, 07:47

Русская деревня в Шотландии

9 октября 2008, 20:00
Выставка в Глазго 1901 года была приурочена к 50-летию со времени проведения первой всемирной выставки в Лондоне 1851 года. Она была задумана как ретроспектива достижений ХIХ века в области промышленности и искусства. Выставочный комплекс располагался в одном из крупнейших парков города на площади около 40 га, при этом

Ядро выставки составляли четыре главных павильона:

промышленный зал площадью около 18,5 тыс. кв. м (215х100 м);

машинная галерея площадью около 15 тыс. кв. м (150х90 м);

галерея английской промышленности (300х25 м);

дворец изящных искусств, который единственный из всех павильонов выставки остался после ее закрытия (сейчас здесь городской музей).

Кроме этих сооружений, отдельные страны-участницы выстроили свои национальные павильоны (Ирландия, Канада, Россия, Япония)

Экспонаты были тематически разделены на 8 классов: сырье, промышленная продукция, машиностроение, транспорт, судостроение, освещение и отопление, наука, музыка, спорт. Сельскохозяйственная продукция была представлена в специальном павильоне и на «образцовой ферме», где демонстрировались новые технологии. Кроме того, были организованы выставки, посвященные образованию, фотографии, археологии, работам женщин, а также шотландской истории. Для проведения культурной программы был построен концертный зал на 4000 зрителей. Значительную часть выставки занимала зона отдыха, где ежедневно работали многочисленные аттракционы. На территории выставки работала железная дорога.

Главной задачей участия России на выставке было увеличение экспорта российских товаров в Англию. Выставлялись в основном товары для экспорта. Значительная часть экспозиции была сформирована из материалов, оставшихся от Всемирной выставки 1900 года в Париже. Качество выступления России явилось неожиданным для англичан.

Павильоны русского отдела были построены в так называемом новом русском стиле по проекту архитектора Ф.О. Шехтеля, использовавшего мотивы деревянных шатровых церквей, теремов, крестьянских хозяйственных построек русского Севера. Выполненные в дереве в виде срубов или обшитые тесом и ярко окрашенные, они все вместе должны были представлять романтическую картину русского патриархального быта. Отдел насчитывал четыре павильона: центральный, горного дела, лесной и сельского хозяйства. Сгруппированные вместе, они образовывали небольшую улочку и площадь. Территория отдела была тщательно благоустроена и озеленена.

Центральный павильон, увенчанный двуглавым орлом, был решен в виде большой шатровой церкви с массой кокошников, частично служащих световыми проемами. Сильно развитый первый этаж, образованный просторными пристройками, примыкавшими с двух сторон, значительно расширяли экспозиционные возможности этого павильона. Стены здания выкрасили в розовый цвет, а шатер – в красно-коричневый. Павильон, посвященный горной промышленности, также имел церковный характер. К основному объему примыкала восьмиугольная в плане башня.

Одним из наиболее важных был сельскохозяйственный павильон, состоящий из обширной средней части шириной около 11 метров, и двух флигелей, шириной семь метров каждый, с большими ленточными окнами. Здание имело три входа; главный – посередине, и два других – по бокам. Стены окрасили в бледно-зеленый и розовый цвета, а крышу – в кирпично-красный, под цвет черепицы.

Лесной павильон представлял собой величественный зал шириной 18 м с высокой вальмовой крышей. К основному объему примыкала веранда и четырехугольная башня, в нижней части которой размещался вестибюль. Стены были окрашены в светло-коричневый и светло-желтый цвета, а крыша – в голубой.

Ф.О. Шехтель создал очень своеобразный и живописный ансамбль, отличающийся выразительностью силуэта, свежестью и ритмичностью обьемно-пространственной композиции с постоянно изменяющимися картинами во время движения. Обобщенность и лаконизм стилизованных форм деревянного зодчества Руси позволило органично сочетать их с большими остекленными поверхностями стен и крыш, декоративными росписями фронтонов и другими деталями, присущими архитектуре нового стиля. Это новое осмысление и трактовка наследия древне-русского зодчества стало событием в архитектурной жизни, определившим своеобразие национально-романтической ветви модерна в России.

Павильоны в Глазго были пробою сил в этом направлении перед созданием в следующем году капитального произведения – Ярославского вокзала в Москве.

Здания русского отдела на выставке в Глазго обратили на себя внимание английской публики и прессы. «Newcastle Chronicle» подобно информировала своих читателей о ходе строительства нашего отдела, о жизни и труде двухсот русских рабочих, присланных специально для сооружения наших выставочных зданий. Англичан в особенности поражало «умение русских владеть топором, превращающимся в их руках в такой инструмент, которым они производят всевозможные работы».

Успех русского отдела на выставке в Глазго получил широкий отклик и в нашей прессе. Газета «Московские ведомости» писала: «Россия своими 4 громадными и красивыми павильонами с замечательной выставкой Горного ведомства, с великолепной экспозицией Лесного департамента, с коллекциями Департамента уделов и т.д. подавляет всех и превосходит всякую конкуренцию. Даже Франция, по признанию самих французов, уступает России». «Неделя строителя» в обширной публикации о русском отделе писала, что «мало вероятно, чтобы англичане стали подражать архитектурным деталям наших павильонов, но конструкция крыш заслужила почему-то их особенное внимание, причем они описывают, например, в журнале «The Builder» с непонятной для нас подробностью».

Способность русских плотников с помощью простого топора создавать удивительную архитектуру традиционно вызывала восхищение иностранцев на всех выставках, где Россия что-нибудь строила из дерева.