Рус
Eng
Переводчик Павел Палажченко: "Не приемлю ностальгию по холодной войне"
Интервью

Переводчик Павел Палажченко: "Не приемлю ностальгию по холодной войне"

23 декабря, 16:54
Павел Палажченко – переводчик-синхронист, присутствовавший на самых важных для мировой политики переговоров первых лиц государств. Работал с Горбачевым и Шеварднадзе. Павел Русланович не только переводчик, но и политический аналитик, сейчас работает руководителем отдела международных связей в «Горбачев Фонде".

Беседовала Диляра Тасбулатова

Павел, вы как лучший переводчик тех времен видели большую политику вблизи. Создавалось ли у вас впечатление уже тогда, что будут какие-то подвижки, что мир ждет «светлое будущее»? Или наоборот?

По поводу того, лучший ли я переводчик, не знаю, мне трудно судить. Но зато, наверно, самый везучий в своем поколении. Хотя никогда думать не думал, чтобы находиться рядом с сильными мира сего, но так получилось, что я участвовал в прекращении холодной войны. И вот тогда, конечно, было ощущение, что будущее будет не таким, как тогдашнее настоящее. При этом я будущее не идеализировал, ибо у каждого времени свои проблемы. Вот что я совершенно не приемлю – это ностальгию по холодной войне. Все эти разговоры, что тогда, мол, был двуполярный мир и это давало какую-то устойчивость, а сейчас хаос, непредсказуемость и так далее – это чушь, по-моему. Сейчас, безусловно, лучше, хотя и не очень хорошо.

Делали ли что-то, скажем так, «положительное» в эту сторону сильные мира сего? С нашей, например, стороны? Вы же переводили конференции по разоружению? Расскажите, как это было. Смешное что-нибудь было? Ведь, как правило, на таких саммитах, решающих судьбы мира, бывает много и забавного. Драма и комедия идут рука об руку.

Вы знаете, мне как-то не везло на смешное. Переводческих баек я знаю очень много, от моих коллег и друзей, но собственных у меня в запасе нет. То ли я скучный человек, то ли момент был такой серьезный – ведь все-таки то была смена эпох. И есть ощущение, что работали мы не зря, что положительный результат был. Скажем, в области разоружения, это самое важное ведь. Хотя это слово в дипломатическом лексиконе существует уже много десятилетий, тем не менее весь послевоенный период, вплоть до 1987 года, шло наращивание ядерных арсеналов. В десятки раз. А сейчас ликвидировано 85 процентов арсеналов США и России.

Да уж, впечатляющие результаты. Павел, ну а что бы вы сказали о так называемой большой истории? Я например – шапочно, правда - знакома с женщиной, которой уже 95 лет: так вот, она была одной из переводчиц на Нюрнбергском процессе. Наверно «в России нужно жить долго»? И как вы думаете, насколько может повлиять на мировоззрение события столь значимые, мирового масштаба?

Я знал переводчиков, работавших на Нюрнбергском процессе. Легендарные фамилии – Трояновский, Гофман, Ступникова… Да, я думаю, что участие в таких событиях влияет на мировоззрение или, во всяком случае, на мироощущение. Мне уже за 70, так что я уже довольно долго живу и еще собираюсь пожить, но мое мировоззрение с основном сформировалось больше под влиянием литературы, чем политики. И довольно рано сформировалось… Потому что литература приучает видеть сложность жизни больше чем политика, которая требует определенности и, пожалуй, умения упрощать. Сейчас, как мне кажется, мировоззрение людей еще не адаптировалось к главному мировому событию, которое произошло тридцать лет назад – прекращению противостояния сверхдержав. В основном и у нас, и «у них» люди мыслят по-старому.

По поводу литературы. Я читала ваши рассказы, вы замечательный писатель. Не сетуете, что не занимались этим всю жизнь и, так сказать, профессионально?

Нет, не сетую. До того как я решил стать переводчиком, мечтал о карьере спортивного комментатора.

?!

Время было такое: Синявский, Озеров... Но вовремя одумался. Ну а что касается писательства, то это тяжелая профессия. Когда-то ведь были большие тиражи, несмотря на цензуру. А сейчас цензуры нет, а тиражи маленькие...

Вернемся к нашей теме. Помните, Андрей Болконский удивился, что старый князь, его отец, сидя в глуши, знал всё о большой политике, передвижении войск, о Наполеоне и так далее? В связи с этим близость к большой политике может влиять на ее понимание или, будучи умным человеком как старый князь, можно понять все и на отдалении? Благодаря, так сказать, универсальности мышления?

Ну, Диляра, старый князь – это все-таки литературный образ, вы поправку-то делайте. У Толстого вообще много преувеличений: ну, хотя бы этот танец Наташи Ростовой, да и многое другое. Но в каком-то смысле это правда: для того чтобы понимать главное в политике, не обязательно знать всё о «передвижении войск». Я, например, сейчас далек от деталей мировой политики и дипломатии, но, думаю, мне это не мешает видеть главное и основное.

Я так и думала, потому и упомянула старого князя. Но я еще вот что хотела спросить. Я вас почитываю в Фейсбуке и там много любопытного. Прочла недавно ваш рассказ о том, как лишь одно слово, неточно переведенное, стоило человеку большой карьеры. Как Громыко поправил переводчика. Он сам знал языки?

Да нет, карьера этого человека сложилась очень неплохо, хотя тогда он, конечно, расстроился. Громыко же, как правило, поправлял строго по делу, вполне обоснованно. Сам Андрей Андреевич говорил иногда по-английски с грамматическими ошибками, но лексику чувствовал очень хорошо и даже, скажем так, тонко. К его 110-летию вышла книга о нем и там есть и мои воспоминания… Есть там и воспоминания В.М. Суходрева, который переводил ему в течении тридцати лет. Громыко, между прочим, относился к переводчикам с большим уважением.

Что на этих саммитах высокого уровня было самым интересным?

- Прежде всего люди. Тогда было очень сильное поколение политиков – Горбачев, Рейган, Буш, Тэтчер, Миттеран, Коль. Это были сильные личности, но и живые люди, со своими человеческими достоинствами и недостатками. Мне запомнилась потрясающая беседа, которая состоялась в октябре 1991 года, в Мадриде, во время обеда, который устроил король Испании Хуан Карлос. В ней участвовали Горбачев, Буш и премьер-министр Гонсалес. Запись этой беседы опубликована в книге Горбачева «В меняющемся мире», которая вышла в прошлом году. Там был драматический момент - сразу после выступления Ельцина в Верховном Совете РСФСР, где он по сути заявил о намерении покончить с союзным центром. Собеседники Горбачева были буквально ошарашены этой речью.

Да, это вехи, конечно. Большая история, наблюдать вблизи, наверно, интересно. Хотела спросить вас о школе перевода. Я так понимаю, в нашей стране она очень развита. Скажем, взять хотя бы вас - вы знаете пять языков, и их знание, видимо, дает возможность наглядно увидеть, как формировались европейские языки.

Я владею на профессиональном уровне русским, английским и французским. Другими языками – по-разному, некоторыми на уровне чтения газет, некоторыми получше. А ведь есть выдающиеся переводчики, которые владеют синхронным переводом с пяти-шести языков, но их, правда, немного. Конечно, владение языками обогащает человека. Но тут есть вот какой парадокс – я, например, немного неуютно чувствую себя в странах, где люди говорят на совсем незнакомом мне языке. Например, в Китае.

Избалованы. Привыкли всё и всюду понимать.

Ну да.

Как вы думаете, какое место занимает Россия по отношению к Европе, хотя она и сама Европа? Сможет ли она играть существенную роль в будущем?

Россия – часть Европы, Евразией она является только географически. Мне кажется, что чем больше будет сделано в предстоящие годы для восстановления отношений с Евросоюзом и его членами, тем вероятнее, что Россия будет играть в мире существенную роль. Но взаимодействовать надо, конечно, со всеми, особенно с соседями. Они у нас очень разные – и есть, по-моему, труднопредсказуемые.

Каково, как вы думаете, будущее изучения языков в России, если в Думе то ли принят, то ли готов к принятию закон о том, что ЕГЭ по иностранному языку сдавать не придется? Понятно, что незнание языков влияет на все, но может ли такое незнание стать в будущем одной из культурных катастроф?

Я не слышал о таком законопроекте. Но были заявления, кажется, депутата Яровой, о том, что изучение иностранных языков вредно и даже является угрозой безопасности России. Это было года три назад, и вроде бы ее остановили. И правильно сделали. Если мы изолируемся от мира, в том числе и таким образом, то действительно может произойти катастрофа, и не только культурная. Конечно, она может произойти и по другим причинам. Говорят, например, что очень засорен русский язык. Я в этом не уверен. В целом он развивается, по-моему, нормально. Меня беспокоит другое: очень низкая культура полемики, неумение многих людей выражать свои мысли, нормально убеждать собеседника.

Ну и такой вопрос: каково, по-вашему, будущее русского языка? Он вроде выходит из моды, его стремятся меньше изучать. Язык же развивается тогда, когда на нем говорит больше народу – на английском говорит уже, по-моему, миллиард человек. Ну и на китайском – два примерно миллиарда.

Да, русский стали меньше изучать, это факт. Но люди, скажем, из Молдавии и Таджикистана все-таки между собой по-прежнему говорят по-русски, а не по-английски и тем более не по-китайски. Ареал русского языка сузился, но то, что осталось, вполне можно сохранить. И я не согласен, что для того чтобы язык развивался, на нем должно говорить как можно больше людей. Финны, венгры, чехи свои языки сохраняют и развивают. Даже исландцы и мальтийцы – я там недавно был и в этом убедился. Скажу о близкой мне теме – нам надо сохранять и укреплять позиции русского языка в международных организациях. Выступать там по-русски, настаивать на синхронном и письменном переводе на русский там, где он является рабочим языком.

Спасибо за беседу.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter