Рус
Eng
Александр Чулок:"Мы знаем, какое будущее ждет тех, кому сейчас сорок лет"

Александр Чулок:"Мы знаем, какое будущее ждет тех, кому сейчас сорок лет"
Интервью

12 сентября, 14:30
Как подготовиться сорокалетним к пенсии? Какие профессии останутся востребованы в 2030 году? О роботах, лаптях, жизненном опыте и о судьбе высшего образования корреспонденту "Новых Известий" рассказал директор центра научно-технологического прогнозирования ИСИЭЗ НИУ ВШЭ*, доцент Чулок А.А.

- Существует мнение, что власти, а за ними и общество озабочены исключительно ближайшим будущим. Все так быстро меняется, что строить планы дальше следующего лета, считается бессмысленным. Но пенсионная реформа раздвинула границы планирования на 10-15 лет. Сорокалетним приходится задумываться, какой будет жизнь через 10-15 лет, насколько они соответствуют этому будущему и какие их умения останутся актуальными? Давайте развеем туман над будущим тех, кому сейчас сорок лет.

- Ощущение будущего в тумане - всего лишь ощущение. В научном мире России очень даже отчетливо видят будущее. Наш Институт, например, подготовил совместно с ведущими учеными и бизнесменами уже третий "Прогноз научно-технологического развития России на период до 2030 года", где все очень подробно описано, какой он будет - 2030 год.

-Этот прогноз - что-то из области научной фантастики или в нем есть предсказательная точность. Что-то уже сбылось?

-В 2008 году, когда мы подготовили первый «Прогноз», это 10 лет назад, мы предсказывали, например, распространение носимых электронных устройств, мониторящих состояние организма. Сейчас это повсеместно. Или, например, создание в медицине искусственных органов на базе технологий биопринтинга. Сейчас это один из важнейших трендов в медицине. Мы предсказывали развитие аддитивных технологий, а сейчас мы видим, как активно развиваются 3D принтеры. А указанный нами еще 10 лет назад тренд на цифровизацию и качественный переход на новые материалы сейчас на острие не только исследований, но и практического применения в реальной экономике.

- Но это ведь все не российские изобретения.

- Не спорю, российские разработки это, конечно, важно. Но сейчас понятие национального продукта очень сильно трансформируется. Возьмите КаМАЗ. Гордость отечественного машиностроения? Гордость. А собственно российских разработок в нем не так уж и много. Возьмите проект «Кортеж». Там очень много совместных разработок. В современном мире, где производственные цепочки кардинально меняются и все рынки гиперсвязаны между собой, важно создавать не отдельный продукт своими руками, а решить проблему «под ключ», сконцентрировать в своей стране самую важную составляющую – добавленную стоимость. Задача наших прогнозов в том, чтобы разглядеть в море технологий глобальные тренды применительно к России.

- Какой, например, глобальный тренд освоили в России «под ключ»?

-Навскидку, сейчас в современной промышленности повсеместно используют компьютерное моделирование, инжиниринг, создание т.н. «цифровых двойников». Один из мировых лидеров в этом направлении –это центр в питерском Политехе (Санкт-Петербургском политехническом университете им. Петра Великого – ред.). Реальные процессы моделируются на компьютере. Это ускоряет все в разы. Представьте, вы не занимаетесь краш-тестами по полгода, а делаете несколько испытаний на стенде, а остальное прогоняете через программу. Вот вам глобальный тренд, который реализовался в России.

- И все-таки, какой процент ваших прогнозов сбывается?

- Я бы оценил нашу предсказательную точность в 80-87%, в зависимости от направления. Но это не предел. Результаты форсайта (научного прогнозирования-ред.) могут достигать и более высокой точности. Например, в Японии точность прогнозов достигает 90% и более с горизонтом в 15–20 лет. Это значительный срок. Хотя надо принимать в расчет специфику японского общества. Форсайт, как инструмент работы с будущим, очень плотно завязан на общество, его отношение к инновациям и восприятие нового. Прогнозы будущего в Японии – это коллективный труд тысяч инженеров-экспертов. Они считают, что им родина доверила свое будущее. Сначала эти эксперты прогнозируют будущее и они же потом на производстве его реализовывают. Для них прогнозы не то, что «ученые там что-то придумали, а нам тут расхлебывать». Они воплощают это будущее.

- В России, надо думать, все не так?

- По-разному. Но, как правило, у нас в России ведь как хотят: быстро, дешево и качественно. А потом ставят условие, можно выбрать только две опции из трех.

Конечно, если делать форсайт на постоянной базе, системно, то это очень серьезный и эффективный инструмент, при этом, безусловно, имеющий свои ограничения. В России, например, беда с восприятием новых технологий. Очень реакционная среда. И население в своих повседневных запросах и бизнес-среда. Как будто будущее в России – это угроза, а не новые возможности. Поэтому-то в России инновации для компаний не стали источником конкурентоспособности. Ведь инновации (много разных теорий и дискуссий на эту тему) в итоге должны стать источником выживания в динамично меняющихся условиях. Не только жизни, а выживания. Вот когда инновации – источник выживания, тогда они прекрасно распространяются.

- Какие сегодня нужны компетенции, чтобы выжить?

- По данным большинства ведущих мировых исследований – это системность мышления, критичность и умение брать на себя ответственность. Но неправильно их просто перечислить. Компетенции нельзя рассматривать статично. Мечта советского человека, а мы еще во власти советских паттернов, это один раз получить правильный диплом, а потом капитализировать его всю жизнь. В современных условиях это не работает. Потому что мир стремительно меняется, меняются технологии, меняются алгоритмы, по которым этот мир функционирует. И встает вопрос, как нам дальше учиться. Как найти источник для обновления компетенций. И начинается - онлайн-курсы, второе высшее, дорогостоящие коучи, предложений очень много, в них легко запутаться. Поколение 80-х, видимо, последнее, кому эти паттерны, передали родители. «Учись хорошо, поступи в хороший вуз, потом устроишься на хорошую работу», транслировали нам наши родители. Сейчас, кстати, в регионах такая модель очень в тренде. Но в современном мире это не работает. И уж точно, не будет работать в ближайшей перспективе. Сейчас происходит глобальный слом этой парадигмы. Сейчас высокие доходы не связаны с конкретной профессией напрямую. Скорее, опосредованно. А вот с компетенциями доходы связаны напрямую.

- Значит, не нужна профессия? Достаточно системно и критично мыслить, а в нужный момент взять на себя ответственность, и ты придешь к успеху?

- Не совсем так. Портфель компетенций - это ключ к успеху, но не профессия. Только постоянно обновляющийся набор умений и навыков, возможно, очень узких или даже из разных областей, сделает вас востребованным на рынке труда. Здесь нет строгих правил. Компетенций в портфеле должно быть много. И, разумеется, главные (у них есть рейтинг) должны присутствовать обязательно.

Поймите, профессия в привычном нам понимании - это всего лишь ярлык, собирательный образ того, как тебя видит общество и работодатель. Твоя профессия – это суммированные требования к работнику со стороны работодателя.

Например, профессии учителя и бухгалтера (как мы их сейчас называем) существовали столетия. Был запрос на то, чтобы учить и считать. И люди встраивались в эту систему отношений, получая соответствующую профессию. Но ведь сейчас язык не повернется средневекового «счетовода», считавшего «на пальцах», назвать бухгалтером, хотя у них одинаковые функции. Дело в том, что у современного бухгалтера появились новые компетенции – к нему предъявляют гораздо больше требований, он должен уметь несравнимо больше, чем его 300-летний предшественник. Видите, с одной стороны, профессия та же, но требования к ней, то есть набор компетенций сильно изменился. Так же с учителями и врачами. Набор компетенций, которым обладал медик в 18 или 19 веке и врач в 21-ом, поменялся существенно.

- Вы в своих прогнозах предсказываете компетенции будущего?

- Если мы принимаем, что рынки будущего претерпевают кардинальные изменения, предъявляя к человеку все новые и новые требования, то – да: мы прогнозируем будущие компетенции.

- Как происходит прогнозирование компетенций: вы их придумываете или детализируете старые?

- Нельзя решить проблему просто экстраполируя ее из настоящего в будущее. Взять старую профессию, прибавить пару новых трендов - и получилась профессия будущего. Так считать – большая ловушка, в которую, к сожалению, часто попадают и эксперты, и лица, принимающие решения. Если к старой профессии просто добавить какие-то новые технологии, как приправу, то это не даст нам профессии будущего. Ход мысли должен быть абсолютно иным. Если из настоящего предсказывать будущее, можно конечно угадать, но это будет именно гадание. Это очень плохо работает.

- Следовательно простое усовершенствование навыков не выведет нас на то, какие компетенции будут востребованы в будущем?

- Да, не выведет, а заведет куда-нибудь. Мы должны смотреть на компетенции сквозь призму будущих рынков. Идти от будущего к настоящему. От того, каким будет будущее производство, какими будут новые продукты и услуги, какие свойства и технологии будут их отличать от нынешних, каким, в конце концов, будет общество, только от этого будет зависеть, какие навыки приведут к успеху. Например, фундаментальный вопрос, который предстоит решать человечеству в перспективе 15-20 ближайших лет, это вопрос о том, что останется за человеком, а что будет отдано на аутсорсинг искусственному интеллекту и роботам. В этом направлении развивается много форсайт-исследований, в поисках такой линии разграничения полномочий. Согласитесь, от решения этого вопроса принципиально зависит, какие компетенции будут востребованы в будущем.

- А если мы возьмем страну-ориентир или группу стран, назовем ее, скажем, Запад или Китай, которые, несомненно, в чем-то нас опережают. Сделаем скидку на наше отставание, допустим, 15 лет. И будем прогнозировать свое будущее, глядя на вызовы, с которыми сталкиваются эти страны сейчас. Разве тем самым мы не представим свое будущее через 15 лет?

- К сожалению, это в корне неправильно. Такая логика могла работать, когда вектор мирового развития был относительно стабилен. Это работало, например, 50 лет назад, когда одна пятилетка не сильно отличалась от другой. Изменения были количественными в пределах 5-10%. Сейчас все иначе. Сейчас мы в центре технологической революции. Технологии меняют нашу жизнь колоссальным образом. Начиная от IT-технологий и заканчивая технологиями биомедицины, новыми материалами, умными энергетическими и транспортными системами. И в России, кстати, тоже. Вот представьте, что мы участвуем в гонке. Все страны бегут. А чтобы не отстать, может показаться, что достаточно посмотреть, что там развивают у себя США или Китай, без сомнения, лидеры этой гонки, и применим то же самое к себе. Особенность сегодняшнего момента в том, что ни одна страна до конца не представляет, какой набор компетенций позволит эту гонку выиграть.

- Это если рассуждать в логике забега, что гонка когда-нибудь закончится. А если финиша нет. Победа нужна здесь и сейчас, а не в будущем.

- Финиш есть. Промежуточные финиши есть всегда. Например, чтобы бежать по ровной поверхности, вам нужны хорошие кроссовки, в то время как у вас лапти. А я говорю, что через три года, это будет не ровная поверхность, а болото, и ваши лапти позволят вам по нему лучше перемещаться. А еще через три года это будет ледяная пустыня, и вам не лапти понадобятся, а лыжи. Поэтому не в кроссовки сейчас надо вкладываться, надо вкладываться в лыжи и усовершенствовать лапти.

- Как это поможет мне сейчас с моими, допустим, лыжами выиграть забег у бегущих в кроссовках?

- Это вопрос на миллион. Мы можем уверенно говорить о трендах, из которых каждый должен индивидуально собрать свой портфель компетенций, ориентируясь или на сиюминутные победы или на долгосрочную устойчивую конкурентоспособность. Условно говоря, наша задача не оставить вас в кроссовках, когда все вокруг носятся на лыжах.

- Это как учат гуру HR, найди в себе то, что отличает тебя от других.

- Несомненно. Но не забывайте, что наш Институт занимается форсайтом . Мы отслеживаем тренды и даем рекомендации, какие технологии создадут новые профессии или переформатируют требования к старым. В свое время советский Госплан пытался распределить все обязанности, рассчитать результат, определить, сколько и какие специалисты требуются в ту или иную отрасль, определял количество студенческих мест, составлял список рабочих специальностей, требуя «от каждого по возможностям» и давая «каждому по потребностям». Ни к чему хорошему такое планирование не привело. С одной стороны, стратегическое планирование с элементами управления на макроуровне – это то, чем занимаемся и мы, но с другой стороны, невозможно прогнозировать поведение отдельных экономических агентов (из-за чего в итоге плановая экономика рухнула). Это бессмысленно даже с математической точки зрения. Практически нерешаемая задача.

Но на отраслевом и макроуровне такое управление нужно. Даже в США и в европейских странах модели советских ученых и их научные подходы планирования переняли (мы просто следим за этим профессионально). На Западе это абсорбировали, добавив рыночную составляющую.

Таким образом, каким мир будет через 10-15 лет, мы можем сказать уже сейчас.

-С точность в 80%?

- Поверьте, это высокая вероятность.

- Давайте проведем мысленный эксперимент. Возьмем 30-летних и тем, кому сейчас за сорок. Через 15 лет 40-летние станут «предпенсионерами», тридцатилетние войдут в кризис 40 лет. Какое будущее вы им нарисуете?

- Скорее всего, нивелируется разница в возрасте, между зрелым и предпенсионером, которая кажется сейчас такой принципиальной. С точки зрения здоровья и физической состоятельности особой разницы между этими поколениями не будет. Перед ними будут стоять одни и те же вызовы. Они будут конкурировать за одни и те же рабочие места. Все будет решать индивидуальный портфель компетенций.

- Что в этом портфеле будет ключевым?

Помимо профессиональных знаний, человеку потребуется несколько социальных и личностных качеств, степень «прокачанности» которых будет определять его рыночную ценность. Способность к сотрудничеству, готовность переучиваться, умение решать проблемы (то есть брать на себя ответственность), креативность, цифровая грамотность и умение критически оценивать информацию в безбрежном потоке новых данных- именно такие компетенции чаще всего указывают в топе компетенций будущего. В действительности, их гораздо больше, в каждом человеке они уже есть в индивидуальных пропорциях, но с горизонтом предсказания в 10 лет главными будут оставаться перечисленные.

- Какие вызовы через 15 лет ждут тех, кому сейчас сорок? О чем им лучше знать заранее?

- Во-первых, не надо бояться, что роботы выкинут их на помойку. Работа и профессии найдутся всем. Технологические революции уже случались в истории, и не раз, в итоге, как видим, никакие открытия человека не отменили. Во-вторых, в перспективе изменится представление о возрасте, как о недостатке. Возраст перестанет быть фактором, характеризующим качество рабочей силы. Давайте представим, люди в состоянии активного дожития, со своим курсом профилактической и поддерживающей медицины. Физическая немощь, с которой ассоциируется возраст, будет преодолена. Здесь и биотехнологии, и технологии экзоскелетов внесут свою лепту. А генетические исследования почти наверняка преобразят старость: смерти, конечно, не отменят, но возрастные болезни и одряхление отсрочат. И знаете, что самое главное. Зрелость и опыт будут востребованы рынком. Сейчас, когда все изменения происходят с удивительной скоростью, только одно человеческое качество нельзя получить в спрессованном и ускоренном виде - это опыт. И именно это качество возрастных рабочих выйдет на первое место. Сейчас человечество работает над тем, чтобы управлять физиологическими процессами: замедлить старение, ускорить обучение, продлить период физической активности, ускорить реабилитацию и прочее. Единственное, что человечество не научилось делать – это управлять скоростью приобретения опыта. Опыт, как и прежде, приобретается с годами. Пожилые должны предлагать рынку свой опыт. Когда у молодого специалиста есть наставник, который передает свой 30-летний опыт, точечно, индивидуально настроенный, иногда специфический – это гигантский трамплин для молодого специалиста. 50-летнего можно подготовить к бегу с 20-летними, но состязаться в опыте взаимодействия или управления с 50-летними юноша не сможет. Нельзя опыт сжать и загрузить в мозг и никакая медицина процесс приобретения опыта не ускорит. Поэтому люди с опытом, который измеряется только возрастом, в будущем предложат рынку труда свой приобретенный с годами багаж знаний о нашем мире. И именно в этом будет их конкурентное преимущество перед молодыми. В этом будет их гандикап (фора –анг.).

Беседовал Сычев Сергей

* Центр научно-технологического прогнозирования Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter