Рус
Eng

Ольга Христофорова: "Увлечение оккультизмом идет в народ от элиты"

Интервью
Ольга Христофорова: "Увлечение оккультизмом идет в народ от элиты"
Ольга Христофорова: "Увлечение оккультизмом идет в народ от элиты"
5 февраля, 11:08
Эксперты обращают внимание на рост популярности эзотерической литературы и увлечения мистическими практиками в российском обществе. Чем это вызвано, "НИ" рассказала фольклорист и антрополог, сотрудник РГГУ и РАНХиГС Ольга Христофорова
Антрополог и фольклорист Ольга Христофорова

- Чем вызван рост популярности эзотерики?

- Мы сейчас наблюдаем очередной рост интереса к эзотерике, к оккультным наукам. Это не вчера началось, но идёт волнами. В 1990-е годы был подъём, в 2000-е этого интереса было меньше. Сейчас появилась большая волна, которая связана с несколькими причинами. Во-первых, мода. В 1990-е годы было увлечение хиромантией, астрологией - натальные карты, всё такое. Потом это ушло. Сейчас модно гадание на картах , особенно в молодёжной среде это очень популярно, подростки сплошь увлечены. Гадание на картах Таро было и в 1990-е-2000-е, но не пользовалось такой большой популярностью. Волна моды обычно захватывает то, что уже было на слуху, потом уводит это явление из поля зрения. Например, в 1990-е были популярны книги Карлоса Кастанеды, в 2000-е – 2010-е это имя молодёжь уже не знала, но сейчас оно снова на слуху. Отчасти потому, что его вспоминают в интернет-сообществах, посвящённых эзотерике. Под влиянием моды увлечение теми или иными теориями и практиками становится очень распространенным, но быстро сходит на нет.

- Каким образом увлечение становится массовым?

- Есть культурный механизм, объясняющий массовое увлечение оккультизмом. В фольклористике существует теория сниженных ценностей, сниженной культуры. Ценности, которые присущи высокой культуре, элите, аристократии спускаются в какой-то момент в народ. Это касается имён, одежды, привычек, этикета, языковых выражений, всего, чего угодно. В том числе, это касается практик.

Например, у русских крестьян спиритизм как столоверчение был популярен в начале 20 века. Он туда проник из дворянской среды. В средневековой Европе алхимия была элитарным занятием, но 17 – 18 веках были публикации специально для простого народа, чтобы простой народ мог обогащаться. И алхимия стала народными практиками. Их, конечно, упрощали, но народ пытался активно пользоваться опубликованными рецептами.

В России 1990-х - 2000-х годах практики саморазвития и духовного роста, индивидуальные коучи, йога, а также гадание на Таро были, скорее, для богатых людей. Сейчас это стало дешевле и широко распространилось среди тех, кто раньше любил в выходной день выпить пива и посмотреть сериал по телевизору. Молодёжь тоже заинтересовалась. Почему это произошло? Потому что этому во многом способствовали интернет-ресурсы.

Раньше, чтобы стать «учеником чародея» надо было приложить усилия – найти мастера, купить книги. Это сложно. Сейчас у нас появилась цифровая среда, специализированные интернет-ресурс. Чтобы популяризовать свои идеи, нужен всего лишь телеграм-канал, инстаграмм-блог, ютуб-канал, аккаунт в ТикТоке. Например, увлечение Таро идет из ТикТока. Сначала это была маркетинговая площадка, на которой взрослые инфлюенсеры делали очень быстрые короткие расклады в прямом эфире для большого количества людей, отвечая на конкретные вопросы: Петя спрашивал, сдаст ли он экзамен, и сразу получал ответ, или Маша интересовалась, встречаться ли ей с Васей, и так далее. А кому было интересно получить более подробный расклад, тем предлагалось прийти в личный аккаунт и за деньги выяснить всё, что интересовало. Это коммерческая история, но она распространила знание о существовании Таро. Продажа колод Таро выросла в десятки раз. Очень многие молодые люди, подростки, сами стали практиковать. И у них появились интересные мысли: «я сам стал этим заниматься в сложной жизненной ситуации, попробовал этот способ, который узнал в ТикТоке. Мне правильно ответили на мои вопросы, я сам научился, а теперь хочу помогать людям в решении жизненных проблем».

- Почему эти практики нашли такой живой отклик в молодёжной среде?

- Подростки обнаружили источник, который, во-первых, отвечает на их экзистенциальные вопросы, во-вторых, даёт им возможность получить уважение и престиж в среде сверстников и возможность каким-то образом помогать другим. У некоторых это семейный путь – занималась мама в 90-е годы, и я продолжаю традицию. То есть, многие молодые люди выросли во вполне эзотерической среде, и для них это привычно, не так, как было у тех, кто вырос в советское время. Для них в этом нет ничего плохого, для них эти практики не стигматизированы ни в религиозном, ни в научном смысле.

К этому можно добавить социологический контекст. Получается, что это одно из проявлений того, как современные молодые люди выстраивают горизонтальные связи. Они не доверяют официальным институтам – власти, школе, медицине. Для них власть и официальная религия – что-то надоедливое, то, что не даёт правильных ответов на экзистенциальные вопросы. А если они читают эзотерическую литературу, то видят в ней поставленные еще эзотериками 1990-х-2000-х вопросы: что нам даёт наука? Только проблемы для окружающей среды, никаких ответов на насущные проблемы. И, соответственно, нужно развивать другие способности. Для молодёжи вся эта деятельность сродни экологическому движению, феминистскому, движению освобождения. Если сравнивать - в 1970-е-1980-е годы религия, церковь для тогдашней молодёжи была чем-то противоположным официальной идеологии, они уходили в православие как в диссидентство, в сопротивление власти. Затем это развернулось широко – массовый приход в религию был и в 1990-е годы, и в 2000-е. А потом пошло на спад. Свою роль сыграла и церковь – автаркия, близость к власти, отсутствие ответов на существенные запросы молодёжи. Церковь стала восприниматься как официальный институт подобный школе, официальной власти. И даже дело не в том, что церковь не отвечает так, как магия, на личностные запросы, религия – это более сложная история. В этом, видимо, причина того, что религиозной литературы сейчас продаётся меньше, чем эзотерической.

- Повлияла ли пандемия на рост увлечения сверхестественным?

- В 1990-е годы экономическая и политическая нестабильность буквально заставляли людей идти к магам и экстрасенсам – чтобы бизнес лучше работал, пойду к магу, чтобы он сделал заговор на деньги. Тогда это было ровно так. В ситуации беспомощности людей магия давала надежду. Но удивительно, что наибольшая популярность эзотерической литературы по «изменению реальности» была до пандемии, в 2019 году. Мы можем предположить, что на рост популярности эзотерики повлияла не столько неуверенность в завтрашнем дне, сколько наличие свободного времени из-за локдаунов. Кто-то стал учить языки, кто-то увлекся эзотерическими практиками.

Действительно, во время пандемии предпринимались и магические ритуалы для защиты от коронавируса, но этим, насколько позволяют судить мои источники, занимались скорее пожилые люди. Те примеры, которые я знаю, она на грани психиатрии, болезненные истории.

- Некоторые эксперты говорят, что мистицизм – часть российского культурного кода. Согласны ли Вы с такой точкой зрения?

- Не думаю, мне кажется, что мистицизм распространён везде. Самая неоязыческая страна Европы – Эстония, а вовсе не Россия. В России, наоборот, крайне прагматичные, мало религиозные люди. Жители стран континентальной Европы и Великобритании, где религия так не преследовалась, как в СССР, демонстрируют гораздо большую веру в сверхъестественное, чем у нас. И потом, вся идеология New Age, движения неоязычников, оккультистов разных мастей очень широко были распространены в США, в Европе. А у нас в постсоветские времена это было распространено с 1990-х годов. Двадцатый век дал советским людям очень сильную прививку скептицизма и рационализма. Только новая молодёжь, те, кому сейчас максимум тридцать лет, демонстрирует уже совсем другое мировоззрение. Если говорить о мистицизме как о культурном коде, то это касается постсоветского поколения, которое выросло, глядя, как их родители заряжали банки с водой и тюбики с кремом перед телевизором, а затем - на шоу «Битва экстрасенсов».

- Существует ли корреляция мистицизма и уровня образования?

- Я бы говорила не об уровне образования, а о падении авторитета науки, школы, знания в целом. Современная молодёжь считает, что знает всё лучше. Они знают, что земля плоская, потому что в ютубе есть куча роликов, доказывающих правильность этой версии, и они легко могут стать членом секты "плоскоземельцев". А школа в этом смысле – один из альтернативных вариантов. К сожалению, сыграл тут роль и постсоветский «бунт против науки» - Фоменко с его альтернативной историей, альтернативная лингвистика и так далее – они активно предлагали альтернативу официальной науке и в этом смысле сильно подорвали ее авторитет в глазах людей.

- Появляется информация, что российская властная элита увлечена магическими практиками. Распространяется ли это на обывателей?

- Спуститься в народ может только то, что известно. И тут даже речь идёт не о каких-то тайных обрядах, а об общей атмосфере. Появляется коуч, к которому ходили богатые люди, а потом появляются люди, которые знают об этих практиках и устраиваются онлайн классы. И это растёт как снежный ком.

- Насколько это опасная история? Как быстро это пройдёт?

- Для меня как человека это кажется ужасным мракобесием. С другой стороны, как исследователь, я думаю, что для эпохи постмодернизма это абсолютно естественные вещи. Вся планета живёт в эпоху постсекулярности. Везде происходит подъём религиозного фундаментализма, уход от науки к новой религиозности. Это волна, это естественный процесс. Но в этом есть и позитивные стороны – обычное человеческое любопытство, стремление к творчеству, духовному развитию. Это находит воплощение в такого рода практиках. Одобряю я это или нет как человек - не одобряю, но как учёный понимаю, что это естественные человеческие потребности – искать и находить ответы на свои экзистенциальные вопросы. Интерес к мистике у людей был всегда, и тяга к творчеству, потребность создавать волшебные, символические миры. Ведь это же, в конце концов, основано на человеческой способности к языковой, семиотической деятельности. Плюс – стремление к альтруизму, желание наладить связи и помогать друг другу. Например, во время пандемии были онлайн молитвенные собрания. Я сейчас говорю не о христианских собраниях, а имею в виду шаманские группы, группы людей, которые называют себя ведьмами или магами. Они собирались и проводили совместные медитации. Это стремление людей избежать одиночества, не быть одному, искать себе компанию, сообщество. Это не везде деньги, есть, конечно, те, кто на этом зарабатывает и к ним идут за решением своих проблем, но я говори о горизонтальных социальных связях. Например, подростки в ТикТоке, которые ещё не монетизировали свои практики, они просто делают расклады своим друзьям, чтобы помочь им в решении их проблем. Здесь смысл – не деньги, а взаимная поддержка, дружественные связи.

- Если посмотреть на предыдущие всплески интереса к сверхъестественному, можно ли спрогнозировать, как долго это увлечение длится?

- Массовая популярность длится очень недолго, буквально несколько лет. Но латентно это остаётся, какие-то люди это практикуют, сохраняют, транслируют дальше. Как, например, «Роза мира» Даниила Андреева, которая стала связующим звеном между Серебряным веком и новым российcким оккультизмом конца XX в., она прошла через советский период и дожила до перестройки, стала популярной, потому что кто-то это сохранял и берег.

Впрочем, будем надеяться, что здравый смысл и естественно-научные знания победят мистицизм, если от этого всем будет лучше.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter