Рус
Eng

Вопрос дня: кто защитит граждан страны от собственной полиции?

Аналитика
Вопрос дня: кто защитит граждан страны от собственной полиции?
Вопрос дня: кто защитит граждан страны от собственной полиции?
24 октября 2019, 14:47
Недавнее сообщение о том, что в отделе полиции Калининграда 36-летний мужчина оторвал батарею, обварился кипятком и умер, имело вызвало бурную реакцию в СМИ и социальных сетях.

Напомним, что региональное УМВД Калининградской области сообщило про судьбу задержанного за мелкое хулиганство жителя области:

«Находясь в помещении для содержания задержанных лиц, около 3:00 в воскресенье, 20 октября, мужчина умышленно повредил радиатор отопления, в результате чего получил термические ожоги горячей водой. Сотрудники полиции незамедлительно оказали пострадавшему первую помощь и вызвали бригаду скорой медицинской помощи, которая его госпитализировала в ЦГКБ. Мужчина скончался в больнице. В настоящее время региональный УМВД проводит служебную проверку с целью установления всех обстоятельств произошедшего».

Интересно, что в больницу пострадавшего доставили в состоянии шока и с термическими ожогами 70% тела! Что само по себе уже вызывает нешуточные подозрения: как же ему удалось сделать это самому?

И только благодаря вмешательству депутата Госдумы Сергея Шаргунова уголовное дело все же было заведено. Вот только, что оно изменит, если даже вина полицейских будет установлена?

Казалось бы со времен, когда в казанские полицейские развлекались, вставляя задержанным в задний проход бутылки из-под шампанского, российская полиция могла взять себя в руки и привести в порядок. Ан нет. О том, что ситуация в последние годы не только не улучшается, а становится все опаснее, пишет в своей колонке в издании Republic известный журналист Олег Кашин:

«Нет, не «героические доблестные полицейские» определяют лицо ведомства. Даже честный опер, рискующий жизнью, спасающий людей и ловящий бандитов, в конечном счете будет всего лишь сослуживцем убийц и садистов (одно время было модно говорить – «оборотней»). Подвиг полицейского нетипичен, типично вот это – «вел себя агрессивно», «легочная недостаточность», «проводится проверка». Попадание в полицейский участок для любого обывателя – заведомо смертельный риск, и мер предосторожности, которые даже не гарантировали бы, что ты выйдешь из отдела живым, а просто снижали бы риск убийства – таких мер предосторожности не существует. Кто станет с этим спорить?

При этом неправильно было бы, конечно, называть российское Министерство внутренних дел одной огромной бандой садистов и убийц. В это ведомство ведь рекрутируют обычных людей, то есть каждый, кого убивают в полиции, в принципе сам мог бы стать полицейским, и никто не знает, как бы он себя вел, когда ночь, плохое настроение, сломанная камера видеонаблюдения и абсолютная, ничем и никем не ограниченная власть над жизнью случайного задержанного. Захлебнется рвотными массами в противогазе, задохнется в надетом на голову пакете, умрет от разрыва кишечника бутылкой или дубинкой, обварится кипятком – ты рискуешь только перспективой формальной проверки, которая, скорее всего, обнаружит, что ты ни в чем не виноват – и чего же ты ждешь, пытай, издевайся, убивай...»

***

Кашину вторит в своем блоге общественный деятель Вера Афанасьева:

«То, что происходит в нашей правоохранительной, - леденящий душу ужас, адский ад.

Вот только что молодого мужчину буквально сварили заживо в участке - просто так. Камера видеонаблюдения, разумеется, сломалась.

Или - полицейский избил задержанного до разрыва желудка. Отделался условным сроком.

В камере убили бизнесмена, и надзиратели не оказывали ему помощи - ждали, когда умрет.

Пытки, страшная жестокость и безнаказанность - каждый день.

Полное впечатление, что в наших правоохранительных органах полно садистов. В настоящем - медицинском, психиатрическом смысле.

Эти люди реально испытывают физическое удовольствие, когда делают больно другим.

Есть и ещё одно обстоятельство - для российской правоохранительной системы мы сегодня не более, чем товар. «Какой вам кусочек? Этот? Без проблем».

Любого готовы посадить, мучить, пытать, если поступил заказ, и за это полагается хотя бы мизерное вознаграждение от власти.

Но система уже пошла в разнос - силовики обрели независимость. Они уже сами по себе и сами выбирают арбуз.

Им попёрло - пришло их время.

Мы остаёмся один на один с ними, для которых жизнь каждого из нас не стоит и ломаного гроша. А когда за этот ломаный грош еще и предлагают хорошую цену – можно прощаться со свободой, здоровьем, жизнью.

Эти парни - нередко из неблагополучных семей, из захолустья, ничего не умеющие, ничему не обученные, не имеющие и малейших представлений о нравственности, придя в полицию или в Росгвардию, внезапно становятся вершителями судеб и властителями жизней. Даже самые ничтожные. Они чувствуют это и упиваются этим.

Силовые органы все более и более напоминают жуткое, многоглавое, жадное, вышедшее на охоту чудовище, головы которого множатся так быстро, что очередная, с раззявленной пастью, может оказаться рядом с каждым.

И никто нас не защитит от этой гидры, от этой мерзкой пакости - справиться с ней предстоит нам самим.»

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter