Рус
Eng
Любить или не любить негров? Наш Телевизор запутался в традиционных ценностях
Аналитика

Любить или не любить негров? Наш Телевизор запутался в традиционных ценностях

19 февраля , 15:30
Пропагандистам пришлось побиться над проблемой, как совместить нетерпимость россиян к межрасовым бракам и знаменитый интернационализм советского человека. И вообще узнать, любят ли в России негров?

Сергей Митрофанов

Иногда из Телевизора можно узнать то, что невозможно узнать из других источников. Был, оказывается такой чуднОй эпизод, в День Валентина фирма одежды Levi's опубликовала во «ВКонтакте» рекламное фото, на котором изображено, как по жизни идут молодые люди, один из которых явно черный, а приятельница вроде бы как белая. В чем тут реклама Levi's – не очень понятно, но, может, было подчеркнуто, что по жизни они идут в продукции Levi's (которая, конечно, сильно изменилась с тех пор, как производство переместилось в Мексику, Турцию и Китай), или же фирма решила показать, какая она толерантная. Типа «заходите к нам, мы против расизма».

Однако реакция российской аудитории сети «ВКонтакте», как ни странно, оказалась далекой от солидарности с Levi's. Фирму обвинили в черном терроре против белых и пропаганде нетрадиционных браков. А надо сказать, планку «традиционализма» и «русского брачного стандарта» только что задала дискуссия о поправках в Конституцию и знаменитое высказывание В.Путина о том, что, пока он жив, пока на посту, то будет насмерть стоять, чтобы у нас никогда не возникала ситуация, что маленький россиянин будет расти при папе №1 и папе №2. Или маме №1 и маме №2. Только при полноценных папе и маме. Либо сиротой.

И хотя нетрудно видеть, что на картинке Levi's изображены отнюдь не однополые папа №1 и папа №2, и вообще не папы и не мамы, а в связи с Днем Валентина обычные неконкретизированные влюбленные, о гендере которых можно только догадаться, вконтаковцы разглядели в картинке провокацию западных левых и попытку разрушить традиционные русские ценности, которыми часто грешит современный зловредный Запад.

При этом вконтаковцы как бы превентивно еще и обиделись на напрашивающийся упрек в том, что сеть «ВКонтакте» - клоака расизма, а может быть, даже и фашизма.

Итак, задача Пропаганда-ТВ заключалась в следующем: продолжать на основе этого сюжета отстаивать традиционализм, то есть вывести из-под удара (обвинений в расизме) свою верную целевую аудиторию, поддерживающую самые одиозные предложения. Ну и заодно немножко разобраться в том, как все-таки так вышло, что известный во всем мире еще с фильма «Цирк» интернационализм правоверного россиянина уживается с нетерпимостью к межрасовым бракам.

Но прежде всего надо заметить, что «традиционализм», «традиционные ценности» в широком общественном мнении населения прочно заняли у нас место синонимов «всего самого хорошего» - по той причине, что они якобы проверены временем, а что проверено временем, то хорошо. И то, что было хорошо или терпимо для дедов и прадедов, должно быть хорошо и терпимо для внуков и правнуков.

Например, православие – ему тысяча лет, вполне себе скрепная ценность, хотя внутри нее, надо признаться, зашиты еще какие-то не вполне отчетливые и внятно артикулированные ценности, вроде «двушечки для Пусси Райт», с чем не все согласились.

Крепостное право – тоже ценность, проверенная временем, про которую председатель Конституционного суда Валерий Зорькин как-то сказал: «При всех издержках крепостничества именно оно было главной скрепой, удерживающей внутреннее единство нации».Что верно несомненно. Он мог бы еще и добавить, что крепостное право заложило великую традицию разделения россиян на эффективных менеджеров и чад неразумных. Менеджеров – Ивана Грозного, Петра I, Сталина… Чад – простого народа, доброго и наивного.

В традициях чад постные щи. Мясо, расстегаи, севрюжина – все-таки не совсем в традиции народа, а если кто скажет, что в традиции, то соврет. «Кушай тюрю¸ Яша, молочка-то нет. – Где коровка наша? Увели чуть свет», - писал Некрасов о быте простецов, а не «кушай севрюжинку, Яшенька, расстегаев-то нет».

Тюря, туалет на улице, бездушные князья и цари во главе племен, - так было на Руси испокон веков. И понятно, что без туалета на улице не будет России, по крайней мере той, какую мы ее знаем, будет что-то другое. Не вполне традиционное. Отсюда возникает линия напряжения. Считается, что отстаивание традиций – это «часть мировой борьбы за ценности» (Кургинян), в которой Запад пытается сдвинуть Россию с привычного замороженного постэтического ценностного плато в подвижный «голубой вагон», после чего, конечно, наступит какое-то движение – «к полной погибели, если мы не выйдем из западного тренда».

(Аплодисменты в залах)

В противовес непрекращающимся попыткам нас разрушить мы превращаем «брак – это союз мужчины и женщины» в отчаянную политическую декларацию суверенитета. Может быть даже еще более великую, чем Великая Декларация прав человека и гражданина, исторгнутая французской революцией. И более отчаянную, чем «пролетарии всех стран, соединяйтесь».

Мол, мы так делали раньше и будем делать вовеки веков, никакого ЛГБТ у нас не будет, не старайтесь, не заставляйте. А заодно и не пропихивайте к нам ваши межрасовые браки, пропагандируемые безответственными либеральными леваками. И совсем не потому, что мы расисты или фашисты, совсем наоборот, а потому что раса у нас традиционно однородная, белокожая и нос картошкой. Мы так привыкли. Мы так друг друга видим. А если углубляться в традицию, то значительное время имел у нас место и «железный занавес», защищающий от всего инородного. Значит не было и иностранцев с другим цветом кожи. А паспортный режим отсекал узкоглазых «понаехавших».

Что касается «черных», то мы традиционно относимся к ним очень хорошо - вы это видели - и защищаем их права за границей. К нам приезжал Пол Робсон. Мы сами недавно обосновались в ЦАР. Однако массового черно-белого брака у нас быть не может. По историческим причинам. От вида черно-белых обжимашек у традиционного русского человека все внутри переворачивается, и он кушать не может.

Суть либерального террора хорошо сформулировал Серега Марков. Включаешь, говорит, западный сериал, а там обязательно черный и белый полицейский вместе. Ну, зачем нам это? Не могут они для нас разве делать как-нибудь отдельно без пропаганды? Еще и своего черного президента нам как-то навязали. Только с дерева слез, - намекнула как-то про него депутат Роднина.

С другой стороны, Игорь Коротченко все время путает проблему папы №1 и папы №2 с межрасовым браком, отчего видно, что для него это по сути равноценное безобразие. Прямо как содомия. И не оттого, что Коротченко глупенький (так сказать - это было бы невежливо и не в стиле дискуссии), а потому что он ни разу не гуманистический мыслитель, это точно. А мыслитель он милитаристический. И если Телевизор все время спрашивает, отчего так получается, что мы негров любим, но сексуальными партнерами наших женщин видеть у себя не хотим, то, конечно, Коротченко ближе всех к пониманию ответа.

«Дорогие товарищи расисты, успокойтесь, - насмехается либерал Борис Надеждин. - В наших бедах негры точно не виноваты». Но он неправ. Черная рука недоповешенного американским Ку-клукс-кланом негра на бедре (или того хуже - ниже) россиянки – это акт предательства этой россиянки Родины и открытие границ для наступления метафорических вестготтов. Чаще всего оно заключается в втором паспорте, безвизе и побеге из «Русского мира», откуда недалеко и до «Крым не наш» и «вы Боинг сбили».

Иными словами, мы – не фашисты, и фашисты – не мы, но наш бронепоезд стоит на запасном пути, а Levi's - go home! И, к сожалению, мы немножко не договорили на эту тему.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter