Рус
Eng
Понять - да, простить - нет: почему подростки решаются на самосуд
Аналитика

Понять - да, простить - нет: почему подростки решаются на самосуд

15 ноября 2019, 16:16
Эксперты сходятся на том, что «уличная справедливость» становится все более популярной в обществе в связи с полной потерей доверия к правоохранительным органам. И это - тревожный сигнал для всего общества.

Крайне важную тему поднял социальный психолог Алексей Рощин, прокомментировав очередное кровавое событие, которое на сей раз произошло в одном из учебных заведений дальневосточного Благовещенска:

«Еще одно кровавое дело, связанное с насилием и сексом. Как-то совсем густо пошло. Теперь - Благовещенск, опять "колледж" (так теперь называют для благозвучия ПТУ). Студент Засорин пронес на занятия винтовку-мелкашку, убил одного, еще троих - ранил, из них одного - тяжело. Охрана у "колледжа" есть (в России охрана у всего есть), но, как обычно, она ничего не заметила. Сам студент покончил самоубийством.

Казалось бы - при чем тут секс? А при том, что Засорин, как сообщает Mash, скорее всего мстил за... изнасилование своей девушки, которое произошло парой дней ранее. Причем от самой девушки заявления на поступало (почему? Или боялась огласки, или, что более вероятно, не верила в справедливое расследование). Ну а Даниил решил отомстить насильникам своими руками.

Удивительно, что с интервалом менее чем в пару недель мы опять имеем дело с массовым "шутингом" в связи с изнасилованием. Только в случае рядового Шамсутдинова была угроза изнасиловать его самого, а в случае Засорина жертвой изнасилования уже стала его девушка - но в обоих случаях результатом стала гибель, скорее всего, нескольких человек. А если еще вспомнить доцента Соколова с его отпиленной головой аспирантки... Насилия там вроде бы не было - но секс точно был.

Что-то очень мрачное носится в воздухе. И что общее объединяет все эти три происшествия в разных концах необъятной Родины (кстати, буквально - вспыхивает все время вдоль границ РФ: Санкт-Петербург, Читинская область, Благовещенск - сюда же можно добавить прошлогодний "шутинг" в Керчи...)

Общее одно - самосуд. Россияне что-то совсем перестают полагаться на "органы правопорядка" (которые в основном безучастно наблюдают, когда не видят своего личного интереса). Архаика наступает, слова "закон" и "суд" звучат насмешкой. Шамсутдинов защищается - сам, Соколов "разводится" - сам, Засорин мстит - сам.

Спасение утопающих - дело рук самих утопающих. Такая теперь жизнь...»

***

Нельзя не отметить, что проблеме самосуда уделяется в отечественных СМИ все больше внимания. Почти параллельно с Рощиным в «Комсомолке» появился комментарий публициста Олега Кашина на ту же тему. Вот что он, в частности, сказал:

«....Потому что доверия местным следователям нет. Из раза в раз оказывается, что реальные интересы потерпевших всегда можно защитить, только если есть мощная поддержка улицы.

Когда речь не идет о политике, власть сама признает легитимность такого общественного вмешательства. Не секрет, - доверия полиции, судам в обществе нет. Поэтому власти приходится мириться с тем, что из-за несправедливости люди идут на улицу выход, когда они готовы буквально кого-то разорвать.

(...)

Еще - за годы, когда уже выработался этот стиль российских полицейских или следователей, когда обвинение равноценно приговору, когда виновного могут отмазать, потому что надо отмазать. За эти годы силовики разучились работать честно. Опыт нечестной работы атрофирует те органы, которые отвечают за добычу реальных доказательств вины или невиновности. Поэтому дело не в том, что полиция в Архангельске, в Саратове или в Красноярске сознательно что-то делает, чтобы обидеть людей. Она просто отвыкла делать так, чтобы все было и по закону, и по совести. От этого народ хочет сам наладить справедливость. Как он ее видит. Даже если нет реальных фактов, что этот мужик кого-то убивал — его готовы закидать камнями. Народ слухам верит больше, чем полиции.

(...)

Рецепт очень прост и общеизвестен. Нужен справедливый и всеми признаваемый суд. Для этого нужна тотальная судебная реформа, которая избавила бы общество от этого недоверия. Сейчас мы видим, что недоверие уже стопроцентное. Люди в любой ситуации, даже когда речь идет не о страшном саратовском убийстве, а о чем-то более стандартном, бытовом – забили до смерти в Красноярске, - люди понимают, что суда не будет. Вместо суда будет что-то непонятное и не заслуживающее доверия. Посадите парочку судей, которые жульничают с приговорами. Потом — менять полицию. Чтобы там людей не посылали на три буквы или не говорили: «Как убьют — приходите!» Тоже со следователями и прокурорами. Которые не хотят доказывать вину или невиновность человека, а гонят все по одному шаблону, пытаясь выдать статистику. Это процесс, который вырабатывается годами – завоевание доверия людей, доверия народа. Много лет власть игнорировала эту тему, считала, что это неважно. А сейчас, оказывается, это важно...»

***

Стоит ли говорить, насколько опасно такое положение дел? Причем речь не только о самосуде, как способе восстановить «справедливость», а еще и о требованиях возврата смертной казни, которые все настойчивее звучат в российском обществе, что также свидетельствует о бессилии власти установить законность и порядок в стране. Чем обычно кончается этот, казалось бы, справедливый самосуд? А вот, пожалуйста, его последствия очень хорошо видны из короткой реплики в своем блоге журналиста Антона Ореха:

«Про Шамсутдинова. Понять – да. Простить – нет. Понять человека, над которым издеваются, глумятся, унижают - я могу. Не дай бог, оказался бы на его месте, сам взял бы автомат и перестрелял эту сволоту. Но простить – невозможно. Потому что убийство – это убийство. Потому что есть суд, а есть самосуд. Самосуд недопустим, даже если суда нет. К тому же сейчас выходит так, что из восьми убитых, над Шамсутдиновым издевались не все. А значит, погибли невиновные. Ты не Господь бог, чтобы решать, кому жить, а кому уже не стоит...»

Только вряд ли это остановит кровожадные инстинкты толпы, которые словно нарочно подогревает власть своим бездействием.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter