Рус
Eng
В Арктике станет горячее: Россия собирается побороться за Шпицберген
Аналитика

В Арктике станет горячее: Россия собирается побороться за Шпицберген

12 февраля, 13:18
Долгое время нынешний статус этого арктического архипелага, и его демилитаризованный статус более-менее устраивали и Россию, и Норвегию, однако теперь это не так

Удивительно, но такое, казалось бы, всеми забытое место, как заполярный архипелаг Шпицберген, за последнее время уже несколько раз становится центром пристального внимания дипломатов, СМИ и общественности в России.

Виктор Кузовков

Напомню, что совсем недавно в Норвегии активно вели разговоры о якобы высадившемся на архипелаге российском спецназе, который скоро превратился в «чеченский спецназ» и «кадыровский спецназ», что, будем откровенны, даже для нашего обывателя довольно прочно ассоциируется с действующей властью РФ.

Сейчас ещё один громкий повод: российское посольство в Норвегии заявило, что Осло нарушило положения Договора о Шпицбергене 1920-го года, или Шпицбергенского (Парижского) трактата. Обвинение это очень серьезно, поскольку, в теории, любое сознательное нарушение одной из сторон какого-либо договора может послужить основанием либо для его денонсации одним из подписантов, либо для выдвижений требований о пересмотре. И хотя российский МИД отдельно разъяснил, что не ставит под сомнение суверенитет Норвегии над Шпицбергеном, любые сомнения в его правомочности это, де-факто, сомнения в суверенитете упомянутой страны над данной территорией. То есть, несмотря на всю деликатность, это вполне себе серьезная дипломатическая бомба.

Но прежде, чем разбираться в причинах и следствиях дипломатического демарша Москвы, давайте попробуем понять, что же из себя представляет этот самый архипелаг Шпицберген, каков его статус и почему российский спецназ так легко (если верить норвежским источникам) высаживается на этих островах. И тут, признаться, нас ожидает немало любопытного: Шпицберген по многим причинам можно назвать уникальной территорией.

Прежде всего, отметим, что это крупный архипелаг в Северном Ледовитом океане, находящийся на северо-западе от Кольского полуострова, как раз напротив северного побережья Норвегии. Хотя расположен он далеко на севере, примерно на широте нашего архипелага Северная земля и даже севернее острова Новая земля, где находится печально известный ядерный полигон, из-за влияния Гольфстрима климат там немного мягче (если это слово в принципе применимо к столь северным территориям), чем где бы то ни было на нашем Крайнем севере.

Архипелаг отошел Норвегии по упомянутому выше Договору от 1920-го года. Однако, согласно этому же договору, любое государство, подписавшее и ратифицировавшее его, может вести на островах свободную экономическую деятельность – как добычу минеральных ресурсов, так и рыболовство. Правда, относительно последнего есть оговорки, касающиеся охраны ресурсов, которыми Норвегия периодически пользуется, создавая у берегов Шпицбергена некие заповедные зоны, промысел рыбы в которых запрещен, или вводя ограничения на определенные методы лова, что опять-таки служит основанием для ужесточения режима вылова рыбы российскими промысловиками.

Нынешний правовой статус острова довольно непрост. В частности, он не входит в Шенгенскую зону (хотя остальная Норвегия в неё, разумеется, входит), гражданам России не нужна виза для посещения островов и пребывания на них, российские компании могут свободно добывать минеральные ресурсы на самих островах. Остров является для Норвегии безналоговой зоной, а некоторые экспортные пошлины на сырье призваны, опять же, ограничить интерес иностранных государств к ведению экономической деятельности на архипелаге.

Все эти послабления распространяются и на других подписантов Шпицбергенского трактата, но из-за низкой рентабельности и высоких издержек никто особо не стремится «застолбить» себе место на этих норвежских островах. Исключением был СССР, для которого вопрос присутствия на Шпицбергене был во многом принципиален, а теперь стала Россия, как правопреемница СССР и его геополитических устремлений. В лучшие годы на архипелаге располагались три «живых» поселка с российской (точнее, тогда ещё советской) администрацией: Баренцбург, Пирамида и Грумант. Сейчас два последних законсервированы, а вся активность сосредоточена в российской столице архипелага, поселке Баренцбург, население которого составляет около пятисот человек.

В то же время, нужно понимать, что на островах действуют норвежские законы, и в случае совершения преступления отвечать придется именно в соответствии с норвежским законодательством и перед норвежским судом. Аналогично работает и закон о депортации иностранцев – она осуществляется в соответствии с внутренним законодательством, а не в рамках каких-то межгосударственных отношений.

Отдельно скажем, что на острова летает регулярный авиарейс из Норвегии, а вот россияне добираются туда, как правило, чартерами из Москвы, организуемыми трестом «Арктикуголь». Но большего, наверное, и не нужно: при той численности русскоязычного населения, которая наблюдается сейчас, было бы странно говорить о регулярных рейсах на Шпицберген из России.

В общем, за долгие годы обе стороны выработали, с опорой на договор 1920 года, довольно рациональный механизм мирного сосуществования, и так могло бы продолжаться ещё долго, но в Норвегии достаточно сильны настроения в пользу закрепления за Шпицбергеном полного национального суверенитета. А в России довольно долго наплевательски относились к защите своих интересов в этом регионе, но стоило норвежцам затронуть интересы «Газпрома» и других наших углеводородных гигантов, как ситуация резко изменилась.

Вообще, нужно отметить, что в основе нынешних проблем лежит другой договор, подписанный Россией и Норвегией уже в новейшие времена. 15 сентября 2010 года в Мурманске, в присутствии президента России Д. А. Медведева, был подписан двусторонний договор между Россией и Норвегией, известный как «Договор о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане». Согласно этому договору, Россия пошла на довольно значительные уступки Норвегии в вопросе признания исключительной экономической зоны вокруг Шпицбергена. Несмотря на то, что ещё до подписания договора российские эксперты указывали на невыгодность его для России, в частности, из-за потери ресурсной базы на вылов около 300 тыс. тонн рыбы ежегодно, их озабоченность не была адекватно воспринята, договор успешно «протащили» через Госдуму, где он и был ратифицирован 25 марта 2011 года.

Также нельзя не сказать, что у Норвегии есть определенные юридические основания трактовать Парижский договор 1920 года в свою пользу. Да, там упоминаются и водные пространства архипелага, но само понятие «исключительной экономической зоны» появилось значительно позже, оно вводится только в 1982 году специальной международной конвенцией. Там же вводится и такой важный параметр исключительной экономической зоны, как её протяженность, а именно 200 миль от берега той или иной страны. Норвежцы же настаивают на том, что в Парижском договоре речь шла исключительно о территориальных водах, которые на тот момент составляли не более 12 миль от берега. Соответственно, с их точки зрения, договор неприменим к современным нормам международного права, касающимся шельфа и распределения биоресурсов и залежей углеводородов на нем.

Как ни странно, именно вопрос об участии российских компаний в освоении углеводородных месторождений на шельфе был проработан в договоре хуже всего. Говорят, что норвежская сторона заверяла Д. Медведева, что интересы «Газпрома» и других российских компаний при распределении участков на разведку и добычу углеводородов не пострадают, но должным образом в тексте договора это закреплено не было. Ну а дальше, как обычно и бывает в таких случаях, одна из сторон начала трактовать его на свой лад, отодвинув другую в сторону со словами «вас тут не стояло».

Собственно, главным раздражителем и поводом для дипломатического демарша с нашей стороны стало именно то, что российские нефтедобывающие компании оказались фактически отодвинуты от ресурсного пирога, который сейчас делят на шельфе архипелага. Что, с учетом некоторых наших реалий, вполне ожидаемо, и все-таки...

Наверное, уже нет особого смысла говорить о праве той или иной страны на данный архипелаг. Да, в свое время царская Россия вряд ли бы отдала его норвежцам, и у неё было достаточно и политического, и военного влияния, чтобы настоять на своих правах. Более того, в 1916 году в специальной ноте, обращенной к «союзным и дружественным государствам», Москва заявляла свои права на все островные территории, которые относились к продолжению «сибирской равнины». Шпицбергена в этом списке не было, но важно то, что Россия начала процесс установления своего суверенитета в Арктике, и многими государствами, в том числе, США, в ответных нотах этот суверенитет был признан.

Нет особых сомнений в том, что очередь дошла бы и до Шпицбергена, который имеет даже старорусского поморское название Грумант. Но события 1917 года и позиция большевиков, запросто разбрасывавшихся российскими территориями, повернули все в другую сторону. И сейчас довольно сложно как-то обернуть процесс вспять. Если, конечно, сама Норвегия не допустит существенных ошибок и не даст России оснований выйти из Парижского договора.

Шпицберген, несмотря на свою удаленность от основных транспортных путей, труднодоступность и климатическую суровость, имеет крайне интересное расположение. Эта территория очень удачно расположена стратегически, с точки зрения защиты военных интересов страны.

Прежде всего, нужно отметить, что совсем рядом находится Кольский полуостров, Мурманск, Кольский залив. А это, между прочим, основной район базирования наших подводных ядерных сил, базового элемента нашей ядерной триады. Да, рядом расположена и материковая Норвегия, но Шпицберген для России мог бы стать своего рода щитом, откуда было бы удобно контролировать как воздушное, так и морское пространство на подступах к Североморску, Гаджиево или Видяево. Также архипелаг и его воздушное пространство находятся на пути российской стратегической авиации, если той необходимо прогуляться к берегам Северной Америки.

Вообще, наличие на архипелаге пары военно-воздушных баз России могло бы сильно повлиять на расклад сил во всем арктическом регионе. Прежде всего, это осложнило бы жизнь подводным лодкам США, контролирующим районы боевого патрулирования наших подводных ракетных крейсеров стратегического назначения (ПРКСН). Не удивительно, что в свое время СССР не раз обращался к Норвегии с предложением о совместном военном использовании Шпицбергена и размещении там своих военных баз. И до вхождения Норвегии в НАТО этот вопрос даже рассматривался норвежским парламентом, но не набирал нужного количества голосов.

Долгое время и нынешний статус архипелага, и его демилитаризованный статус более-менее устраивали все заинтересованные стороны. И так, вероятно, было бы и дальше, если бы в Осло не решились на достаточно серьезную геополитическую игру. Постепенно выдавливая оттуда Россию, в Норвегии нечаянно пробудили интерес к данному региону, да плюс к тому ещё и поставили под вопрос сам Парижский трактат 1920 года, который и устанавливает юридическую принадлежность Шпицбергена (Груманта).

И хотя российский МИД отдельно уточнил, что принадлежность архипелага Россия не оспаривает, кто мешает ей это сделать в будущем, если ситуация не изменится? Тем более, что в военном плане захват архипелага проблем не представляет (проблемы могут возникнуть с его удержанием, но тут уж все зависит от общего накала страстей), и если что, мы можем стать свидетелями очередного «няш-мяш, Грумант наш!». И это не шутки: если санкционная война против России продолжится и ей станет нечего терять, вариант становится вполне «рабочим»…

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter