Рус
Eng

Право сильного в российской власти. Кому выгодно недоверие к выборам

Аналитика
Право сильного в российской власти. Кому выгодно недоверие к выборам
Право сильного в российской власти. Кому выгодно недоверие к выборам
8 октября, 14:44
Исследования общественного мнения показывают, что после парламентских выборов общество разделилось пополам: почти половина россиян считает, что прошедшие выборы были нечестными. Может ли это стать проблемой для действующей власти?

Виктория Павлова

Опросы Левада-центра* показывают, что 46% россиян считают прошедшие выборы честными, и почти столько же, 45%, - нечестными. Эти результаты кардинально отличаются от тех, что были после голосования в 2016 году. Тогда не верили в полученные итоги только 31% россиян. При этом в победе Единой России вряд ли кто-то сомневается: даже независимое исследование той же «Левады» показывает, что за партию власти готовы отдать свой голос более 38% россиян. Так чем же люди недовольны? И как это отразится на действиях власти? На эти вопросы «Новые Известия» искали ответы вместе с российскими политологами.

- На мой взгляд, эти цифры – совершенно разгромные, потому что они показывают, что никакого массового доминирования веры в официальные институты выборов просто не существует. В условиях, когда этого дискурса нет в официальном поле от слова «совсем», когда официальный дискурс абсолютно монотонный, гомогенный и не предполагает вообще никаких сомнений, иметь половину населения, которая не верит в результаты – это полная катастрофа, ­- полагает Александр Кынев.

Но откуда взялось такое недоверие? Может быть всё дело в фальсификациях, вбросах и прочих методах накрутки? Политолог Дмитрий Орешкин уверен, что одной причины нет – недоверие накапливалось годами.

- Снижение доверия к выборам развивалось долго. Так что одной причины выделить невозможно. Они накапливаются, друг на друга накладываются и результируются в постепенном нарастании числа людей, которые выборам не доверяют. При этом общественное мнение очень сильно сегментировано. Те, кто голосовал за «Единую Россию», могут совершенно искренне считать, что выборы были честными, потому что победила та сила, которой они симпатизируют. И это характерно для всех. Противники «Единой России», в частности, сторонники коммунистов – считают, что выборы были сфальсифицированы. Правда состоит в том, что выборы были сфальсифицированы в значительной мере, но не целиком. Но вопрос в восприятии общественного мнения, потому что в советские времена выборы были фальсифицированы в гораздо большей степени, показывали результат 99,9%, но общественное мнение и социокультурный фон были таким образом организованы, что эта тема вообще не обсуждалась. Так же, как и не сообщали цифры по регионам. Протоколы не публиковались. Теперь они публикуются, а 99,7% показывает только Чечня. Сейчас, по крайней мере, можно говорить о том, что выборы сфальсифицированы - в советские времена за это просто была прямая дорога в тюрьму. Выборы действительно сфальсифицированы в значительной степени, вопрос о том, какая осетрина – первой свежести или второй свежести – по отношению к выборам некорректен, они или честные, или нечестные. В данным случае они нечестные, хотя, опять же, не везде и не всегда. Общественное восприятие же просто устроено – или веришь, или не веришь. Половина верит, половина не верит

А может это всё тлетворное влияние Запада? Ведь, если посмотреть телевизор, то вокруг нас одни сплошные враги, непременно желающие скорейшей гибели России. Они организуют подрывную деятельность иностранных агентов, которые всячески влияют на мнение людей. Но Александр Кынев не спешит переоценивать влияние общественных организаций.

- Решающее влияние на такой расклад оказал в первую очередь личный жизненный опыт. Никакие НКО никогда не имели никаких сетей, даже близко сопоставимых с телеканалами. Живого представителя «Голоса» дай бог видело 0,01% населения в своей жизни. Сайты «Голоса» и других подобных организаций никто не знает, не заходил на них, не читал и не в курсе, а фильмы «мочильные» видел. Это говорит о том, что львиную долю информации о наших выборах люди получают из жизни просто потому, что они живут в этой стране, потому что у них есть друзья, родственники, потому что они знают, как их заставляют голосовать, потому что они знают, как они голосовали на самом деле и как это подсчитали и так далее. Это уже стало обыденностью, превратилось в анекдоты эпохи позднего Брежнева: в телевизоре могло быть все что угодно, но все знали, как на самом деле.

Политолог и регионовед Михаил Виноградов считает, что главная причина в том, что люди не чувствуют причастность к принятию решений о том, кто будет править.

- Я думаю, что значительная часть населения воспринимает выборы как процесс, организованный властью (а не процесс, на котором решается вопрос о власти) - отсюда и представление о том, что организаторы процесса имеют контроль над ним, тем более что они почти каждый раз выигрывают. С другой стороны, я не убежден, что граждане тщательно отслеживают итоги выборов - особенно по одномандатным округам.

И обман кроется не только в фальсификациях в ходе самих выборов, но и по их завершению. ЦИК зарегистрировал по федеральным спискам 66 депутатов Госдумы от Единой России. При этом более 60 кандидатов (только от ЕР!), которые шли выборы как хедлайнеры, добровольно отказались от мандатов. Это и весь федеральный список с Сергеем Шойгу, Сергеем Лавровым и Денисом Проценко, и все губернаторы. Люди голосовали за одних, а получили других. По мнению Дмитрия Орешкина, это тоже оказало значительное влияние на настроения людей.

- 72 кандидата отказались от мандатов – это, в общем-то, наплевали в лицо избирателю. Да, вы выбирали одних, а сидеть в Думе будут другие. Ну и черт с вами, вы утретесь. И да, ведь утремся. Но накапливается раздражение, и тает то, что называется «капитал доверия». А это основа нормального, современного, правового государства. 15 лет мы говорим о том, что правовое государство уничтожается и возвращается авторитарно-силовое государство.

Так или иначе, но задача любых выборов, даже если и выбирать особо не из кого – это обеспечение легитимности. «Регулярные выборы - источник подтверждения легитимности, ибо никакая власть не правит силой, она правит согласием» - рассказывала «Новым Известиям» Екатерина Шульман. Даже, если люди не отдали голос за победителя, они должны понимать, что за партией власти стоит народ, выражающий поддержку. Люди должны понимать, что нечего жаловаться на непопулярные решения – сами выбрали таких законодателей. Но всё меняется, когда народ не верит в результаты выборов. Александр Кынев считает, что это катастрофическая ситуация.

- Такой уровень доверия к выборам, конечно, совершенно недостаточен для легитимности. С точки зрения доверия к выборам – это катастрофа. Это говорит о том, что, если что-нибудь случится, за эту власть никто не даст ломаного гроша, ее не выйдет защищать никто от слова «совсем». Это трухлявое дерево, которое полностью сгнило, которое никому не нужно, но никто не хочет, чтобы оно на него упало сверху, никто в него не верит, и никто не считает его молодым и зеленым. Власть все это прекрасно понимает, отсюда и истерика. Агрессивность публичных заявлений прямо пропорциональна пониманию того, что никто уже ни во что не верит. Остались только силовые методы воздействия. Год назад плебисцит по поправкам к Конституции – это, на мой взгляд, символический переход легитимности от электоральной к силовой. А то, что сейчас – на мой взгляд, люди воспринимают это как насилие, которое надо пережить.

И Александр Кынев не одинок во мнении, что теперь открыты все двери для силовой модели управления государством. Дмитрий Орешкин считает, что в будущем не исключено еще большее влияние силовиков.

- Ситуация очень плохая, потому что общество теряет капитал доверия к действующим институтам власти. А это значит, что в кризисной ситуации на эти институты опереться будет нельзя. Значит, в кризисной ситуации власть будет опираться на силу, а не на легальность. По конституции, если что-то случается с президентом, по закону обязанности главы государства исполняет премьер-министр Мишустин, и организует выборы, в ходе которых народ выбирает себе нового президента. Благодаря как минимум последним 10 годам эволюции, вряд ли Мишустину кто-то позволит занять позицию главы, потому что у него нет силового ресурса, а у Патрушева – есть, и кто смел и тот и съел. Во-вторых, кто организует выборы, тот и получает их результаты благодаря динамике последних полутора-двух десятилетий. Соответственно, кто захватил власть, тот и обеспечит себе правильные результаты выборов. И это очень скверная динамика, потому что это означает, что от европеизированного, законного, нормального легитимного способа перехода власти с каждым годом все больше шансов свалиться в ситуацию нелегитимного, незаконного перехода по принципу «Винтовка рождает власть». У кого есть силовой ресурс, административный ресурс, кто достаточно смел, тот и перехватывает власть. Надежда на то, что с помощью выборов удастся справедливо провести эту процедуру, тает после каждой избирательной кампании, разрушается доверие к государственным институтам, будь то партии, будь то парламент, будь то выборы, будь то суд, и все больше приходится доверять тому, у кого сила.

Получается, что тотальное недоверие к результатам выборов только на руку силовикам: законно избранную власть в случае чего никто поддерживать не будет. Выборы окончательно превратились в фарс, который не обеспечивает поддержку власти, а только расшатывает устои почище иноагентов.

*Организация включена Минюстом в перечень НКО, выполняющих функцию иностранного агента

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter