Рус
Eng
Пол Шулер: как измерить приверженность демократии
Аналитика

Пол Шулер: как измерить приверженность демократии

8 апреля 2017, 23:11Игорь Зотов
Несмотря на очевидные поражения, которые потерпели демократические институты в последнее время, – Брексит или избрание Трампа, - американский политолог Пол Шулер предлагает не спешить с выводами

Пол Шулер,преподаватель Школы управления и публичной политики Аризонского университета (США), исследователь политических практик авторитаризма и процессов демократических преобразований.

Интенсивность артобстрела со стороны профессиональных ученых заставляет подозревать, что демокартия в упадке. Например, Исследовательский совет по социальным наукам недавно выпустил серию эссе о «неувязках демократии». Journal of Democracy публикует серию статей, настаивая на реальности подобной угрозы.

Но несмотря на то, что в пользу такого вывода говорят и результаты отдельных выборов, процедура исследований и показатели подобраны не слишком удачно, чтобы предсказывать ближайшие последствия.

Доказательства глобального упадка демократии делятся на три вида. Первый вид — это международные показатели, например Фридом Хауса, свидетельствующие о том, что число свободных государств не растет, но, напротив, уменьшается. Второй вид — результаты выборов, показывающие растущую поддержку лидеров, не желающих считаться с нормами демократии. Третий вид — данные различных опросов, например Всемирного опроса о ценностях (World Values Survey).

Меньше всего изменений — в международных показателях. Хотя есть страны, в которых демократия под угрозой, вряд ли мы можем говорить о настоящем «откате назад». Более того, этот упадок скорее объясняется переоцененностью настоящего уровня демократии во многих странах в 1990-е годы, чем реальным свертыванием демократии.

Более убедительные доказательства упадка демократии мы видим по результатам выборов в глобальном масштабе и по данным опросов. Хотя эти показатели еще далеки от того, чтобы говорить о ее исчезновении, но тучи на горизонте сгущаются. Успех партий и лидеров, опирающихся на националистические настроения в Европе и США (некоторые из них даже выиграли выборы), вызывает обеспокоенность, что все их призывы могут обернуться походом против либеральных свобод, особенно против меньшинств. Эта же проблема угрожает и Азии, где Прабово Субианто, бывший офицер автократа Сухарто, чуть было не выиграл президентские выборы в Индонезии, несмотря на (или благодаря) обещания покончить с либеральной демократией. Филиппинский президент Родриго Дутерте настаивал на допустимости самосуда, особенно над наркодилерами и самими наркоманами.

Несмотря на красноречивость подобного рода свидетельств, нам все еще не хватает самого веского свидетельства, чтобы связать эти разрозненные события. Что делает этих лидеров или эти партии антидемократическими? Их готовность попрать гражданские свободы меньшинств? Или готовность уничтожить демократические институты? Первая угрожает либеральным ценностям, а вторая — скорее, процессуальной демократии. В Европе (и в США) наибольшую озабоченность, похоже, вызывают антииммигрантские, антиглобалистские и националистические движения. И куда меньше обращают внимание на то, что угроза демократии вышла за пределы Европы, распространяясь на Филиппины, Индонезию и Латинскую Америку, что исполнительная власть усиливается в ущерб верховенству закона. Обе тенденции — очевидно, смежные, а их причины и возможные пути преодоления, вероятно, окажутся сходными.

Диагностики характера антидемократических призывов становится необходимой, когда мы сталкиваемся с доказательствами упадка демократии в ответах на опросы в World Values Survey (WVS). Предыдущие исследования указывали на увеличение недовольства демократией и поддержке автократических альтернатив. Хотя число таких респондентов по-прежнему составляет меньшинство, оно постоянно растет, особенно в молодежной среде в США и, в меньшей степени, в Европе. Это свидетельствует о растущем отказе от демократических норм и о поддержке автократических альтернатив, бросающих открытый вызов и либеральным нормам, и демократическим институтам.

На первый взгляд, доказательство кажется убедительным. Но интерпретировать эти данные оказывается не так просто, когда мы выясним, что группы, выражающие недовольство демократией, отличаются от тех, кто голосует за как бы автократических кандидатов. В то время как молодые избиратели демонстрируют меньшую поддержку демократии на словах, избиратели среднего и старшего возраста чаще поддерживают кандидатов из правых — таковы результаты исследования практик голосования.

Существует несколько причин, почему связь первого и второго не так проста. Во-первых, основываясь на концепции «недовольных граждан», следует предположить, что неудовлетворенность демократией не обязательно означает ее меньшую поддержку.

Во-вторых, возможно, что вопросы, использующие сакраментальное словцо на букву «Д», измеряют вовсе не степень поддержки именно тех демократических ценностей, которые имеют в виду ученые, составляющие опросы. В частности, злоупотребление утвердительным ответом или разность трактовки термина «демократия» затрудняет интерпретацию ответов.

К примеру, некоторые опросы адресно пытались выяснить, поддерживает ли респондент роспуск парламента «сильным лидером» или возможность «нахождения военных» у власти. Совершенно не ясно, могут ли эти вопросы помочь обнаружить сторонников автократии или противников демократии. Действительно, в идеале большинство граждан предпочли бы, чтобы у власти «не оказались военные». Но как только они столкнутся с «жизненными проблемами», все для них будет выглядеть не так… Существенно только одно: готовы ли люди променять демократические нормы на достижение важных для них целей.

Как измерить приверженность людей демократии

Чтобы оценить природу стоящей перед нами проблемы, я предложил бы следующее.

Во-первых, при рассмотрении связей и сходств между различными предвыборными кампаниями было бы полезно провести контент-анализ предвыборных речей в разных странах в разное время, оценивая, сходство и различие антидемократических кандидатов.

Во-вторых, сравнить, результаты опросов, например, World Values Survey, с поведением избирателей в день голосования. Если мы можем выявить кандидатов, склонных к антидемократическим воззрениям, встречаем ли мы в опросах избирателей, выражающих недоверие демократии при голосовании за определенных кандидатов?

В-третьих, разработать меры, которые позволят оценить, не отказываются ли граждане от поддержки демократических норм в пользу каких-то жизненно важных запросов. Одним из путей исследования может быть широкое использование вопросов сравнительной оценки, как это делается в маркетинговых исследованиях.

Простейший пример — вопрос: сколько потребителей готовы платить существенную цену за повышение качества товаров. Выяснение же того, добиваются ли потребители высококачественных товаров («Да!») или снижения цен («Разумеется!»), вряд что либо даст. Только конкретные вопросы заставляют респондентов определять цену, которую они готовы заплатить за повышение качества.

Что до поддержки демократии, то можно спросить респондентов, за какую цену они готовы жертвовать демократическим нормам ради жизненно важных целей. Иными словами, готовы ли респонденты готовы «заплатить» демократией за «выигрыш» по целому ряду вопросов (иммиграция, глобализация, неравенство, окружающая среда)? Будут ли граждане поддерживать приостановку действия демократических институтов своей страны, чтобы лидер лично и в одностороннем порядке обеспечил решение одной из сложных проблем?

Все эти вопросы пока остаются без ответа и нам еще предстоит осмыслить, насколько серьезен всемирный кризис демократии...

Оригинал здесь

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter