Рус
Eng

Считать, но не складывать: сколько на самом деле потеряла Россия от пандемии

Аналитика
Считать, но не складывать: сколько на самом деле потеряла Россия от пандемии
Считать, но не складывать: сколько на самом деле потеряла Россия от пандемии
6 июля, 16:30Фото: VKontakte.ruИзбыточная смертность в России составила уже 500 тысяч человек
Роспотребнадзор опубликовал доклад "О состоянии санитарно-эпидемиологического благополучия населения в РФ в 2020 году", согласно которому прямые потери от пандемии в 2020 году составили 1 триллион рублей. «Новые Известия» поговорили с экспертами и выяснили, что потери могут быть намного выше.

Елена Иванова, Наталья Сейбиль

Прямые затраты на лечение больных в стационарах составили неполные 183 миллиарда рублей, тестирование на ковид совокупно стоило 104 миллиарда. На строительство новых стационаров, перепрофилирование действиующих больниц, на разработку и производство нового оборудования и препаратов государство проинвестировало почти 190 миллиардов рублей, говорится в докладе. Кандидат экономических наук, доцент кафедры государственной политики МГУ им. Ломоносова Юрий Юденков назвал в интервью радио «Спутник» эти потери неизбежными:

"Если вы заболели гриппом, то вы несете потери, как и каждый конкретный человек, так и государство. Сейчас большая часть населения находится под угрозой заболевания и это надо остановить. Да, мы понесли некоторые убытки, но они были неизбежными".

Роспотребнадзор подробно расписал расходы на пандемию, однако эксперты считают, что потери от нее значительно выше. 1 триллион – это безвозвратные потери, расходы на медицинское восстановление и на противоэпидемические мероприятия, поясняет профессор НИУ ВШЭ Георгий Остапкович, однако экономика пострадала значительно сильнее.

- Есть прямой результат: ВВП России в прошлом году упал на три процента. Это данные Росстата. Если ВВП оценивается в 106 триллионов, то 3% - это больше 3 триллионов потеряла ВВП страны, по сравнению с 2019 годом. Это потери ковидные. ВВП – это основной измеритель, другого измерителя быть не может.

Больше всего от пандемии в мире пострадал частный бизнес и малые предприятия. Россия в этом случае – не исключение. Однако есть структурные различия. Если в развитых странах частный сектор составляет 40-50%, в некоторых эта цифра доходит до 60-70%, но в России количество малых предприятий не превышает 22%. По словам вице-премьера Белоусова, на помощь бизнесу и людям было потрачено 4 триллиона рублей. Для других стран эта цифра выглядит очень скромной, но для России это нормально, отмечает профессор Остапкович.

Эксперты оценивают действия правительства во время пандемии на «удовлетворительно», а те потери, которые возникли в прошлом году, объясняются не только действиями властей во время локдауна и после него, но и теми ошибками, которые были допущены до пандемии. Академик РАН, экономист Абел Аганбегян считает большой ошибкой проведенную реформу здравоохранения.

- В целом, мы с коронавирусом справились удовлетворительно. Но в нашей медицине, которую недофинансировали много лет, провели так называемую "оптимизацию", закрыли более 1000 больниц, значительно сократили численность и врачей, и, особенно, сестёр, ликвидировали многие фельдшерские пункты на селе, снизили финансирование скорой помощи.

Мы на медицину тратим 5% ВВП. В том числе по государственной линии - 3,5%. У нас 140 место в мире из 189 стран в рейтинге по расходам на здравоохранения в процентах к ВВП, по данным ООН. Это за 2019 год. Россия на 140 месте! Это позор! В два раза ниже Европы, ниже, чем в Китае, в три с половиной раза меньше, чем в США. - восклицает академик Аганбегян.

Такого здравоохранения не хватило на борьбу на два фронта. В России удовлетворительно лечат коронавирус, говорит Аганбегян, но для этого переучили кардиологов, пульмонологов, ларингологов и других специалистов. Во время пандемии профильные отделения переформатировали в инфекционные, у других отделений койки отобрали. В результате, по данным Росстата в 2020 году, при смертности от коронавируса как главной причины, от которой умерли 104 тысячи человек, увеличилась смертность на 97 тысяч человек от сердечно-сосудистых заболеваний. На 34 тысяч человек больше умерло от пневмонии, на 21 тысячу – от нервных заболеваний, на 10 тысяч - от эндокринных заболеваний и на 17 тысяч - по старости. По всем этим патологиям в предыдущие годы смертность снижалась. Только 54% всех умерших в 2020 году болели ковидом, а остальные умершие коронавирусом не болели. Это достаточно точная статистика Росстата, основанная на вскрытии умерших по данным ЗАГСа, которая нечего общего с оперативными данными Роспотребнадзора не имеет. Она в 1,65 раза больше, чем цифры Оперштаба.

Главным негативным результатом пандемии коронавируса Абел Аганбегян называет избыточную смертность, которую ведомство А.Ю. Поповой как потери не считает. Дополнительная смертность в России стала рости с мая 2020 года. И за год, до апреля 2021 года, составила 499 тысяч человек. А ведь это - самая высокая дополнительная смертность среди 20 крупнейших держав мира в расчёте на 1000 человек населения. Из всех стран только в США дополнительная суммарная смертность выше - более 600 тысяч. Но население Америки составляет 330 миллионов, а России - 146 миллионов человек.

- Среди этих погибших около 150 тысяч работали и могли бы 10 лет ещё трудиться, которые трудились, а сейчас их нужно заменять. А каждый человек стоит по оценке человеческого капитала Всемирного Банка около 20 миллионов рублей. Столько нужно потратить, чтобы создать такого человека. Я уже не говорю о том, что 150 тысяч семей лишились заработка в 50 тысяч рублей в месяц. Большинство семей перешли из средне-доходных в нищие с душевым доходом ниже прожиточного минимума. О чем здесь говорить!

Экономика – наука, в которой человеческое горе и страдания можно перевести на язык цифр и денег. С мая по декабрь 2020 года в России смертность увеличилась на 357 тысяч человек. Экономике был нанесен тем самым ущерб в 4 триллиона рублей. Кроме того, в прошлом году заболели 4 миллиона человек, из них 15%, или около полумиллиона человек, перенесли тяжелую форму ковида. В результате у этих людей поражены внутренние органы – сердце, легкие, печень. Это означает, что переболевшие проживут меньше, чем им было отмеряно. В экономическом смысле, это составляет убытки еще на триллион или два. Пока люди болели, они не работали, а деньги на их лечение тратились из экономики. Это можно оценить еще в 2 триллиона рублей.

Избыточная смертность – это фактор, который ещё долго будет сказываться на экономическом росте в России, считает Георгий Остапкович:

- Сокращение трудовых ресурсов – это всегда минус для экономики. Мы и так попали в тяжелую демографическую яму. У нас сокращается численность занятых. Численность занятых – это один из основных факторов экономического роста. Проблема еще в том, что у нас сокращается страта самых инновационных, самых производительных людей в возрасте 25 -45 лет и растет численность пожилых людей. Сокращение численности занятых – это всегда отрицательный фактор для экономики.

Дополнительные расходы на здравоохранение, людские потери и потери в промышленности и других отраслях нельзя складывать, говорит академик Аганбегян, но считать их нужно:

- ВВП снизился на 3,3 триллиона. Затем мы сократили экспорт примерно на 6 триллионов рублей. Прежде всего из-за того, что цена на нефть была 63,4 доллара за баррель в 2019 году, а в 2020-м 41,7. Объём продажи нефти и нефртепродуктов сократился на 40%, объём продажи природного газа - на 50%, а угля - на 30%.

В 2020 году реальные доходы населения снизились на 3,5%. Если общие доходы оцениваются в 60 триллионов рублей, то сокращение составит 2 триллиона. Из-за этого выросла бедность и более на 1 миллион человек получают доход ниже прожиточного минимума. Примерно на 2 миллиона сократилось количество индивидуальных предпринимателей и других, занятых в малом бизнесе. Они потеряли работу. Поскольку прожиточный уровень низкий, их семьям это не компенсировали. Как видите, потери грандиозные, говорит академик Аганбегян, все зависит от того, как считать:

- 7 триллионов мы потеряли на смертности, инвалидности и болезни. Включая будущие периоды как последствия. 3,3 триллиона потеряли в экономике, 2 триллиона мы потеряли доходов в 2020 году, а если считать к максимальному уровню доходов в 2013 году на душу населению, в реальном выражении, то это 8 триллионов потерь. Это ключевые цифры. - считает академик Аганбегян.

В 2021 году рост экономики может составить 3,5% от ВВП, говорит Георгий Остапкович, но после таких же потерь в 2020 году этот рост будет восстановительный, и в 2021 году отобьются потери предыдущего года.

- В этом году мы выйдем на базу 2019 года. Это означает, что 2021 и может быть, половина 2022 года для экономики потеряны. На устойчивый рост мы выйдем только в 2022 году.

Однако достичь коллективного иммунитета в нынешнем году вряд ли удастся. Глядя на темпы вакцинации, до конца года удастся привить половину населения.

- Мы не сможем до конца этого года привить 70% населения, чтобы избавиться от коронавируса. Мы привьём 50% -55%. Англия, США, Израиль привьют своё население в этом году, мы, скорее всего, только в 2022 году. Но, наверное, они будут держать границы полузакрытыми, не снимут маски, потому что велика возможность вторичного заражения от приезжих, а от них не избавишься. Нынешние штаммы более заразные. Да и смертность от новых штаммов вдвое выше.

С другой стороны, все страны уже приобрели некоторый опыт и знают, что и как нужно делать. Поэтому эксперты не ждут такой интенсивности от следующих волн. Сейчас люди больше знают, как бороться, как защищать экономику, что закрывать и что оставлять, как есть. Может быть, это поможет избежать такого удара по экономике и по населению, как это было в 2020 году.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter