Рус
Eng
Главные вузы России: застой, стабильность или прорыв в будущее?
Аналитика

Главные вузы России: застой, стабильность или прорыв в будущее?

6 января , 10:29
У студентов и аспирантов МГУ им. Ломоносова праздник: декабрьская стипендия будет выплачена в тройном размере. Отличники по итогам сессии получат почти по 10 тыс. рублей. Вот такой подарок к Новому году обещал ректор Московского Государственного Университета Виктор Садовничий. С чего вдруг такая щедрость?

Виктор Сергеев

Раздача стипендий произошла вскоре после того, как депутаты Думы разрешили, а Владимир Путин утвердил кандидатуру Садовничего на новый пятилетний срок. Глава же Санкт-Петербургского Государственного Университета Николай Кропачёв, который также был переназначен президентом на очередной срок, пока такой щедрости не проявлял.

Ректор МГУ Виктор Садовничий без преувеличения настоящий долгожитель образовательного Олимпа: он занимает свой пост 27 лет. Да и ему самому уже 80. Николаю Кропачёву пока только 60 лет, 11 из которых он на своем посту. По меркам застойной советской эпохи – совсем юнец. Но насколько такие решения актуальны в современном мире? Попробуем разобраться, что стоит за переназначением ректоров и как их руководство отражается на учебных заведениях.

В начале 90-х авторитет Садовничего был неоспорим. Его демократические реформы и закрепление за МГУ статуса самоуправляемого ВУЗа были тепло встречены коллективом. И это позволило ему победить на выборах с 70% голосов. Плюс тогда ещё были свежи его научные достижения (в своё время 34-летний Виктор Садовничий стал самым молодым профессором университета). Но если посмотреть на современное состояние университета, всё не так однозначно. Никто не сомневается, что МГУ – ведущий ВУЗ страны. А вот в мировых рейтингах дела идут не столь хорошо. Лучшее достижение – 84 место в рейтинге «QS World University Ranking». В Шанхайском рейтинге «ARWU» МГУ занимает 87 место, а в рейтинге «Times Higher Education (THE)» МГУ - уже 189 место. Позиции СПбГУ ещё дальше: 234 место в рейтинге «QS», в рейтинге «THE» университет располагает в группе с 601 по 800 место, а в «ARWU» – в группе с 301 по 400 место. К сожалению, в глобальном смысле значимость наших ВУЗов практически незаметна, разве что по отдельным дисциплинам.

СПбГУ при Кропачёве особо ничем не прославился, но сейчас хотя бы понятно, в каком направлении университет идёт. Вектор заявлен такой: международная практика и следование современным тенденциям. СПбГУ уже имеет представительство в Нью-Йорке, в будущем должен открыть представительства в Германии, Италии, Прибалтике, Афганистане и Сирии, идёт работа по созданию совместного ВУЗа в Китае. А вот решение создать университетский городок с кампусом для проживания студентов в Пушкинском районе крайне спорное, несмотря на то что такой формат соответствует принципам, принятым в ведущих ВУЗах мира. «Сор» вылетел из избы и стало известно, что против такой идеи выступают многие студенты, выпускники, преподаватели и просто жители города (петиция на Change.org собрала почти 80 тыс. подписей).

С рейтингами у СПбГУ тоже в целом не густо, но вот Высшая школа менеджмента университета входит в число 95 лучших бизнес-школ Европы по версии «Financial Times» (59 место в 2019 году). В общем, стильно, модно, интернационально. Поможет ли всё это совершить прорыв – покажет время.

А Московский Государственный Университет уже сейчас раздирают противоречия. Это колоссальная организация, в которой обучается 38150 человек. Количество впечатляет: это на 40% больше, чем в начале 90-х, и в разы больше, чем в ведущих ВУЗах мира. Массачусетский технологический институт (MIT) обучает чуть более 11 тыс. студентов, в Стэнфорде учатся 16,2 тыс. студентов, в Гарварде - 23,4 тыс. человек, в Оксфорде – 20,7 тыс. студентов. Похоже, главное достижение МГУ эпохи Садовничего – это то, что университет выжил и не сжался, несмотря на все перипетии российской истории. Во всяком случае, именно это отмечают эксперты.

Сергей Комков, президент Всероссийского Фонда Образования:

«Огромной заслугой Виктора Садовничего было то, что он сумел сохранить базу университета. Он не дал разрушить МГУ. В 90-х годах денег на образование практически никто не давал. Система образования находилась в состоянии разрухи. Ему тогда предлагали создать ряд коммерческих структур и распылить университет. Но Садовничий не пошёл по пути монетизации. Во многих вузах резко возросло количество платных мест, но в МГУ этого не случилось. Прикладная математика, физфак – там и сейчас преобладают бюджетные места. Он не стал сокращать бюджетные места на подготовку фундаментальных специалистов».

Если МГУ сравнивать с ведущими ВУЗами мира, то поступить на бюджет на родине не проще. Конкурс при поступлении в МГУ на бюджетные места полностью зависит от выбранного факультета: у геологов - 2,16 человека на место (46% абитуриентов поступают), на мехмат претендует 8,09 человек на место (12,4% абитуриентов поступают), а вот от политиков отбоя нет: 41,53 кандидат на одно место на факультет мировой политики (2,4% абитуриентов поступают). В Оксфорд, например, ежегодно подают заявки порядка 17 тыс человек, из них 10 тыс. приглашаются на собеседование, и в итоге 3,5 тыс. зачисляются. То есть порядка 20% (конкурс 5 человек на место). Схожая ситуация и в Кембриджском университете: 4,7 человека на место. В Массачусетский технологический планка поступления выше: туда поступает 8,3% абитуриентов (12 человек на место), в Гарвард поступает 6,9% желающих (14,5 человек на место).

Так что конкурс в МГУ очень даже на уровне. Но это без учёта фактора денег, который всё меняет. В России образование формально бесплатное, поэтому оплата даёт некоторые поблажки. Например, средний проходной бал ЕГЭ по направлению «Прикладные математика и физика» на бюджет – 83,75, а на платное – 31,5. В зарубежных ВУЗах, чтобы получить стипендию и бесплатно учиться уже к моменту подачи документов надо быть неординарной личностью. Иначе придётся неслабо раскошелиться. В MIT год обучения обойдётся в 20 тыс. долларов (1,24 млн рулей) для американцев и в 58 тыс. (3,6 млн рублей) для иностранцев. В Гарварде также возьмут 20 тыс. долларов с местного жителя, а иностранцу придётся заплатить 66,9 тыс. долларов (4,16 млн рублей). Ведущие британские ВУЗ выглядят несколько более доступными: в Оксфорде и Кембридже 9250 (750 тыс. рублей) фунтов стерлингов в год для британцев и жителей Европейского союза и примерно 22 тыс. для иностранцев (1,8 млн рублей). Если для местных жителей и европейцев стоимость обучения фиксированная, то для приезжих сильно зависит от специальности: историком можно стать за 21168 фунтов в год, а врачом или ветеринаром – за 55272 фунта. В МГУ год в среднем стоит 419 тыс. рублей (6740 долларов). И за эти деньги получите широчайший спектр изучаемых дисциплин. А в Британии будете изучать только предметы по выбранному курсу.

МГУ смог отбиться от утверждённой в стране в 2003 году Болонской системы образования, предусматривающей платность образования, стандартизацию и переход от специалитета на бакалавриат с магистратурой. Некоторые факультеты МГУ сохранили и специалитет, и право устанавливать собственные экзамены. Сейчас, кстати, в головы чиновников стали закрадываться сомнения в пользе Болонской системы. На днях вице-спикер Госдумы Ирина Яровая выступила против этой системы, заявив, что она стала «понуждением к платному образованию». И не поспоришь: на 2020 – 2021 годы на бакалавриат заявлено 312 тыс. бюджетных мест, а на магистратуру – 116 тыс. мест. Хочешь доучиться до конца – плати.

А вот СПбГУ поддержать свои масштабы не получилось. В официальном ответе университета на наш запрос (имеется в распоряжении «НИ») нам предоставили информацию о числе учащихся: за последние 10 лет число бюджетных мест при приёме студентов на программы бакалавриата и специалитета сократилось на 41% - до 2009. А число студентов сократилось на 35% - до 19490 за тот же период.

Так что принижать прежние заслуги Садовничего не стоит. Но нынешняя модель управления вызывает ряд вопросов. Она всё больше становится похожа на застойную модель управления СССР времён Брежнева. С 1804 года за исключением небольших перерывов во время войн и социальных потрясений, ректор МГУ избирался. Но в 2009 году выборы были отменены. Заодно у факультетов забрали право выбирать декана, а у кафедр – заведующих. Теперь декан выбирается не советом факультета, а советом всего университета. Представьте, что старшего по подъезду будут выбирать не сами жильцы, а люди из соседних домов, не знакомые с вашими уникальными проблемами. Понравится?

И дело не в том, что кому-то жалко, что один человек слишком долго занимает свой пост. Дело в качестве управления и адекватности восприятия окружающей реальности. Вот и наши эксперты делают на этом акцент.

Сергей Комков, президент Всероссийского Фонда Образования:

«Сколько какой ректор занимает свою должность – не показатель застоя. Самое важное – эффективность работы. За период деятельности Садовничего университет имел и свои взлёты, и свои трудности и даже спады».

Олег Шеин, депутат Госдумы:

«Несменяемость не всегда плоха, но несменяемость в условиях аппаратных решений – это одно, а несменяемость, когда сам состав преподавателей высшей школы поддерживает кандидата на пост ректора на выборах – это совсем другое, такая несменяемость не страшна».

В данном случае несменяемость привела к закручиванию гаек по советским лекалам. Доходит до того, что студенты подвергаются давлению со стороны университетской администрации за свои идеи и гражданскую позицию. Например, Марине Ким и Фаризе Дударовой грозили отчислением за сбор подписей в защиту арестованного за якобы разбитое окно в отделении «Единой России» аспиранта Азата Мифтахова. Был прецедент с жёстким разгоном митинга перед вечным огнём МГУ против вступления студенческого союза МГУ в «Общероссийский народный фронт», в котором приняли участие и студенты, и преподаватели университета. А в этом году главе студсовета мехмата Андрею Клюеву с привлечением полиции объясняли, что не стоит поднимать тему справедливых выборов декана.

Недовольство застоем нарастает. Причём недовольство в довольно взрывоопасной студенческой среде. Возврат выборов руководителей в МГУ мог бы сгладить ситуацию.

Олег Шеин, депутат Госдумы:

«Я считаю, что однозначно следует возвращать выборность в высшей школе, и кого люди изберут, тот и должен стать руководителем. Высшая школа – это место, где не только обсуждают научные проблемы и учат студентов, но и где формируется культура дискуссии и культура научного познания. Но культура не может формироваться там, где работает модель по внешним приказам».

Но пока во всей красе реализуется план вести университет жёсткой рукой в светлое будущее. Посмотрим, что на этом пути с финансами. Доходы университета из всех источников выросли с 19,1 млрд рублей в 2013 году до 29,7 млрд рублей в 2018 году. Неплохо, особенно на фоне СПбГУ, чьи доходы в период с 2014 по 2019 годы выросли лишь на 4% до 10,3 млрд рублей. Но вот запланированные на 2019 – 2021 годы доходы, по данным МГУ, расти практически не будут. И есть большая разница между СПбГУ и МГУ: питерский вуз идёт по пути самообеспечения: доходы от научно-исследовательской деятельности возросли за последние 5 лет более чем на 68%, от образовательной – более чем на 40%, растут доходы и от выполнения научно-технических услуг. А половину указанной прибавки к бюджету МГУ обеспечил рост государственного финансирования. То есть имеем застой, который усугубляется, по словам ряда экспертов, непрозрачными и неэффективными расходами.

По мировым меркам, кстати, бюджет у МГУ совсем не космический. Целевой фонд Массачусетского технологического института в прошлом году составил 16,4 млрд долларов (1,03 трлн рублей), бюджет Гарварда – 4,7 млрд долларов (295,7 млрд рублей), но при этом он ещё распоряжается фондом пожертвований на 35 млрд долларов (2,3 трлн рублей). И это сказывается на зарплатах преподавателей. По оценке Academic Position, средняя зарплата преподавателя в МГУ 2,2 тыс. долларов (137 тыс. рублей - по данным Минобрнауки), при этом в США средняя зарплата преподавателя в ВУЗе – 7,5 тыс. долларов, в Великобритании – 7,4 тыс. долларов, в Германии – 6,2 тыс. долларов. Это средние зарплаты по всем ВУЗам. Профессор в том же Гарварде получает 198 тыс. долларов в год (16,5 тыс. долларов или 1,07 млн рублей в месяц). Разница налицо. Зарплаты в МГУ невысокие, зато преподавателей много: профессорско-преподавательский корпус насчитывает 4797 человек. Сравнимо с Гарвардом, где работает 4671 преподаватель. И в Оксфорде тоже порядка 4 тыс. преподавателей. Только в иностранных ВУЗах студентов меньше, а значит и нагрузка на преподавателей ниже.

О странном распределении бюджетных средств в ведущих российских вузах говорят и наши эксперты.

Михаил Гельфанд, профессор МГУ, член Academia Europea:

«В МГУ практически не работает система поддержки молодых исследователей, там почти нет внутренних грантов, при этом колоссальные деньги спускаются, например, на университетские спутники, научная содержательность которых не понятна. К тому же совершенно непрозрачна система распределения средств. Современная наука, та же экспериментальная биология, очень дорогая. И когда люди лишены возможности покупать всё необходимое, этой науке становится плохо. В сфере финансирования всё запутано до такой степени, что сам Садовничий, я подозреваю, уже ничем и не управляет».

И опасения господина Гельфанда касательно развития науки, к сожалению, небезосновательны. МГУ, впрочем, как и любой российский ВУЗ, значительно отстаёт от ведущих мировых учреждений по научной работе. Так, в рейтинге «THE», в абсолюте МГУ занимает 189 место, по уровню образования находится на 23 месте, а по уровню проводимых исследований - на 66 месте. И улучшить эти показатели непросто. Исторически так сложилось, что в СССР университеты, институты и академии занимались по большей части образовательной деятельностью, а прикладные исследования и разработки были отданы на откуп научно-исследовательским институтам (НИИ). В Европе и США такого разделение не было. Практическая работа там неразрывно связана с образованием.

Так не пора ли обновить руководство ведущих российских вузов? Главы тех же МТИ, Стэнфорда или Гарварда надолго не задерживаются. 5-10 лет во руководства и смена. Вот прошлый ректор СПбГУ Людмила Вербицкая смогла уйти от оперативного управления, при этом сохранив почётное положение и обеспечивая необходимый административный ресурс: она занимала пост президента СПбГУ с 2013 года до самой смерти в прошедшем ноябре. Правда, в случае с главой МГУ, как замечает наш эксперт, такой вариант не пройдёт.

Сергей Комков, президент Всероссийского Фонда Образования:

«Садовничий сам заявлял, что не хочет быть «свадебным генералом», и уйти он может только насовсем. К тому же в положении президента он ни на что не будет влиять. Вот с мнением Ясена Засурского [бывший декан, ныне президент журфака МГУ – прим.ред] не считаются, несмотря на всё уважение к нему».

Поддерживать ВУЗ на плаву, будь то МГУ и СПбГУ – уже непростая задача в современных условиях. Но, как видим, прежние заслуги не дают гарантий успешного развития в будущем. Мировая практика показывает, что своевременная сменяемость обеспечивает высокую конкуренцию и необходимое качество управления. Но конкуренция не может взяться сама по себе из ниоткуда. Как отмечает Сергей Комков, раньше ректоров растили и готовили, а сегодня весь процесс пущен на самотёк, и молодёжь не очень стремится на этот пост. Так может стоит начать с выборов заведующих кафедр?

Сейчас отечественная наука и высшее образование живут по инерции – за счет прежних наработок. Застой не только в МГУ и СПбГУ, но и во всей сфере высшего образования понимают везде. Однако в настоящее время тема образования и несменяемости ректоров оказалась фактически табуирована. Большинство опрошенных экспертов напрямую отказались комментировать данную тему. В МГУ на наши запросы к моменту публикации не ответили...

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter