Рус
Eng

Праздник-то есть, а вот единства не видать: Сеть обсудила «красный день» календаря

Аналитика
Праздник-то есть, а вот единства не видать: Сеть обсудила «красный день» календаря
Праздник-то есть, а вот единства не видать: Сеть обсудила «красный день» календаря
4 ноября 2021, 13:30Фото: Фото: Соцсети
По мнению многих блогеров, и по сей день остается непонятным, что празднует Россия 4 ноября

Как известно, День народного единства был учрежден взамен другого ноябрьского праздника, главного во времена СССР – Дня революции. Однако, по-настоящему праздником этот день так до сих пор и не стал по одной банальной причине: никакого единства в российском обществе и близко не наблюдается. Даже наоборот, с каждым годом оно все отчетливее делится по имущественному признаку. Об этом пишут сегодня многие блогеры в социальных сетях.

Журналист Кирилл Шулика недоумевает, кого и как поздравлять с этим праздником:

Честно говоря, я даже не знаю, как поздравлять с Днем народного единства и чего желать. Вот реально. Понятно, что это банальная замена 7 ноября, потому что выходной в ноябре для советского человека скрепа. Но новый мир такой, что нерабочих дней теперь много и смысл праздника тем более вымывается.

Общественный деятель Вера Афанасьева перечисляет тех, кто составляет это единство:

«По поводу народного единства лучше всех сказал один мужик в поезде на Саранск при обсуждении перспектив родного края:

- Ничего, немцев пережили, и фашистов переживем»

Сегодня все:

нищие и сказочные богачи;

депутаты и те, кто их не избирал;

росгвардейцы и политзаключённые;

фсиновцы и те, кого они пытают;

доносчики и те, на кого они доносят;

агрессивные верующие и запуганные атеисты;

люди, предлагающие сажать антиваксеров, блогеров, стендаперов, феминисток, либералов (и даже самокатчиков) и сами антиваксеры, блогеры, стендаперы, феминистки, либералы (и даже самокатчики) -

по замыслу тех, кто насадил всю эту чудовищную рознь в стране должны праздновать День народного единства.

А праздновать-то нечего и не хочется никому.

Единство? Какое-такое единство?»

Аббас Галлямов удивляется новой форме проявления так называемого «единства»:

«В преддверии Дня народного единства власти делают всё возможное для обеспечения оного. Вот, например, правительство только что засекретило закупки Росгвардии и ФСО. Чуть раньше то же самое было проделано с расходами Минобороны, ФСБ и СВР.

Ясно ведь, что именно лишняя информация о государственных тратах мешают обществу слиться в экстазе единства с властями. Не зря одна из отечественных духовных скреп гласит, что приумножая познания, приумножаешь печали…»

Политолог Дмитрий Михайличенко тоже уверен, что никакого единства нет и в помине, потому что на самом деле власти оно не нужно:

«Национальное единство, в условиях запредельного разрыва уровня доходов между богатыми и бедными, – может быть только диалектическим, оно глубинному народу не понятно. А вот атомизированная реальность и тезис «каждый сам за себя» – вполне понятен и является нормирующим мейнстримом как для правящего класса, так и для глубинного народа.

Постоянный (а не ситуативный) запрос на сотрудничество, кооперацию, самореализацию и активную гражданскую позицию способны демонстрировать только образованные люди с доходами не ниже средних. Наложение посткрымского на ковидный кризис больно ударило именно по ним: сужается база людей, готовых демонстрировать активную гражданскую позицию.

Для тех, кто испытывает повседневные бытовые сложности и дефицит денег – активная гражданская позиция возможна лишь ситуативно, в случае протестной реакции на какие-то очень резонансные несправедливости властей (пенсионная реформа, обязательная вакцинация или региональные кейсы типа Куштау или Шиеса). Но играть в долгую обремененные бытовыми проблемами и необходимостью бороться за выживание они не готовы.

В современном российском обществе нет в чистом виде феномена классовой ненависти, но есть классовый ресентимент (обида, горечь, зависть). Глубинный народ обижен на государство. И обижен очень сильно.

Философ Мишель Фуко прекрасно показал, что рост народонаселения в разных обществах зависит от интересов правящего класса. Например, в средневековой Европе главной ценностью была земля и не нужно было много людей, поэтому «овцы ели людей», то есть английские лорды сгоняли крестьян с их участков и на этом месте создавались пастбища.

Но во время промышленной революции все поменялось. Производственные мощности стали требовать больше рабочей силы. Появились фабрики, заводы, города-миллионники, гигиена и государственное здравоохранение.

Социологи зафиксировали: 61% считает, что ковид – это форма биологического оружия. Что это? Это реакция жителей страны на осознание своей ненужности власти.

Можно говорить об умеренном консерватизме, сбережении народа и т.д., но реалии таковы, что правящему классу – не нужна населенная Россия. Им нужны дешевая и неквалифицированная рабочая сила в виде мигрантов (экспорт крепостных, которые для общества – иноагенты), им нужны вахтовики, которые обслуживают нефте-газовую трубу. И эта суровая реальность плохо упаковывается в идеологемы про «Единство»…»

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter